За последнее время структура Лордиалеха немного дополнилась. Место, где река Тха втекает в город, было укреплено. Теперь там не зазор, а сплошная стена. Также сами стены сделались толще, в них образовались бойницы, откуда стражники могли следить за ситуацией снаружи, а лучники посылать свои стрелы во врага. Сами стены были объяты магией, которая подбавляла прочности, так что их было сложно сломить. Всё это Влад сумел вызнать, только лишь представ перед высоченными вратами. Он хотел подобнее рассмотреть структуру магии, оберегающей город, однако его окликнул стражник из ближайшей бойницы: «Эй, как тебя зовут? И откуда ты пришёл?» Влад сразу нашёлся с ответом: «Эй, привет! Я — Влад! И бежал сюда из Кандаро́ка! Белая башня там пала, но мне удалось спастись от этого безумного нашествия. Ориентируясь по эфиру, я понял, что белая башня Лордиалеха продолжает стоять, а потому прибыл сюда окольными путями. Как вам удаётся сдерживать всю эту нежить?» Рядом со стражником стоял другой беломаг. Он не показывался, но Влад знал, что он там. Чародей подсказывал, что говорить, а мужчина передавал эти слова: «Сначала ответь на вопрос: сколько а́рверов в Конре́йдском посохе?» — «Прости, я не знаю этого артефакта» Стражник отвечал: «Хорошо. Сейчас открою» Пока створы расходились, с них была снята магическая завеса. Влад вошёл в приоткрытую щель, после чего врата начали затворяться. Столица претерпела разительные изменения. Гостевой район превратился в поле битвы: катапульты, требушеты, многозарядные баллисты, передвижные крепости — и все обращены наружу, чтобы отражать осаду. Меж ними были развёрнуты переносные кузни, палатки врачевателей, лаборатории алхимиков, многочисленные ящики, в которых были уложены готовые к использованию оружия как дальнего, так и ближнего боя. Чуть дальше стояли накопители эфира, кристаллы маяка света, а также развёрнуты небольшие ритуальные спирали. Над всем этим полем нависал так называемый тарнэдо́р. Слово придумано чародеями и перевода не имеет. Тарнэдор — это своего рода разветвитель магии. Чародей вводит в него эфир и внутри этого устройства материализует его. Тарнэдор увеличивает магическое воздействие на такое количество, которое пожелает чародей, но при этом он сведёт к минимуму все потери от такого разветвления. Да, выгоднее всего использовать это магическое изобретение так, чтобы разветвлять поток на как можно большее количество. Тогда потери будут настолько малы, что практически незаметны. Но это уже зависит от самого чародея. Если он силён, если он может разделить своё сознание на великое множество частей, а после уследить за всеми ими, то эффект будет ошеломительным. Один маг сможет создать целый дождь из нескончаемых потоков своей магии. Конечно, те, кто обитают в этом мире, навряд ли способны в полной мере использовать могущество этого изобретения. Однако это всяко лучше, чем просто идти в бой и пользоваться собственными силами. Тем более, что все чародеи уже давно обленились и не способны пользоваться своими разумами, чтобы сотворить нечто уникальное. Так пусть хоть это за них делают инструменты, которые они сотворили. Для тарнэдора нет какой-то конкретной формы или конкретного вида, но здешние чародеи сотворили его в облике огромной человеческой головы, на чьём лице рисовалось негодование. Уж не известно, кого они собрались пугать этой физиономией, однако против нас по понятным причинам это не сработает. Здесь также было много воителей и чародеев. Простые люди либо тренировались, либо осматривали свои осадные орудия, либо просто разговаривали друг с другом. Адепты белой, а также иллюзорной башен либо осматривали свои устройства, либо поддерживали магические барьеры. К Владу спустился маг, который был на стене. Адепт ещё не закончил испытывать новоприбывшего. Где-то там, на стене стоял один иллюзионист, и прямо сейчас он насылал различные иллюзии, чтобы посмотреть реакцию. Влад принялся быть немного растерянным. Беломаг немного помолчал, разглядывая зордалода, а тот всё время озирался. После этого чародей в светлом спросил: «Как вы допустили падение белой башни в Кандароке?» Немного выждав, Влад обернулся к нему и переспросил: «Прости, что?» — «Я спрашиваю, как вы допустили, что башня в Кандароке пала?» — «А-а-а-а… — Влад снова стал озираться, — Их было много. И… и они появились буквально из ниоткуда. Мы защищались. Мы…» Собеседник подловил его паузу: «С тобой всё в порядке?» Чуть помолчав, не переставая оглядываться, Влад отвечал: «Да, всё хорошо. Просто…» — «Что, просто?» — «Просто… не знаю. Мне, наверное, уже мерещится после всех этих жутких лиц, измождённых страданиями и жажды крови. Жуткое зрелище» Беломаг подал незримый сигнал своему помощнику, после чего тот перестал насылать видения, а чародей белой башни отвечал: «Ничего, бывает. Сходи, прогуляйся по Лордиалеху, проветрись. В последнем оплоте света и жизни угрюмые мысли мигом рассеются. Найди архимага — и он подскажет тебе, чем ты можешь быть тут полезен» — «Хорошая мысль. Спасибо» После этих слов Влад устремился вглубь столицы.
