Сейчас была середина ночи, и каждый из моих сослуживцев крепко спал, набираясь сил перед грядущим днём. Спецназовец обязан быть в хорошей физической форме, когда приходит на базу. Отто жил по своему графику. Он ложился спать в строго отведённое время и пробуждался от звонка будильника. Так что на службу он заступал всегда вовремя и всегда готовым к специальным операциям. Вяленый, как всегда, не выспится, поднимется с постели разбитым и станет приводить себя в порядок. Выпив по своему обычаю бокал бодрости, он к моменту приезда на базу будет готов к предстоящей миссии. Невеста постоянно страдает от бессонных ночей, ведь не может перестать думать о Вяленом, а потому приедет на место службы невыспавшейся, однако соберёт свою волю в кулак и будет бодрствовать, но всё же при любом удачном стечении обстоятельств она вздремнёт. Дэджею достаточно будет физических упражнений, чтобы согнать с себя остатки сна и подготовиться к предстоящему несению службы. Мыслитель выпьет на завтрак кофе, закусит сладостями и пребудет вторым после Отто. Быстрые ручки проснётся с будильником, взбодрит себя холодным душем, подкрепится бутербродом с колбасой и листом салата, а после прибудет на место ровно за пять минут до начала нашего рабочего дня. Несмотря на разные подходы к своей жизни, каждый отыскал для себя удобные методы привести себя в боевую готовность. Я же никому не рассказывал о себе, чтобы не придумывать какой-нибудь нестыкующейся легенды, ведь люди больше всего интересуются людьми. И наш опыт прошлых жизней показал, что самые дотошные собеседники обязательно смогут увидеть все недочёты нашей выдуманной жизни, а потому самым лучшим вариантом будет не рассказывать людям о себе совсем ничего, ну или хотя бы общими фразами и только самое необходимое. Как, например, Болдеру. Начальник должен знать о своих подчинённых в общих чертах. Но у него было одно достаточно хорошее качество – строить своё мнение не о прошлом человека, а о его настоящем. И, видя во мне уравновешенного, исполнительного и понимающего сотрудника, он был мною доволен. По всему было видно, что он старался консультироваться со мной по всяческим серьёзным, а изредка даже личным вопросам, однако по правилам субординации он не должен приравнивать меня к себе, а потому не допускал, чтобы я становился ему другом, хотя он, конечно, и приглашал меня в тир или бар, чтобы познакомить со своими друзьями. Но это были уже личные дела, а потому я старался уходить от них. Да, большинство людей можно завоевать словом, если знакомиться с ними и общаться. Но были и такие, кого впечатляли дела. И вот как раз таки для большинства со своим скрытым образом жизни я не был привлекателен, что было мне только на руку.
Переместившись тенью на крышу другой постройки, я снова принялся наблюдать за теми, кто ходил там, внизу. Это был тихий переулок, и людей здесь было немного. Парень с девушкой сидели на скамейке возле одного из подъездов и почти шёпотом переговаривались друг с другом. Он был чародеем, а она – обычной горожанкой. Пьяный мужчина лежал под деревом в парке. Вдали шло три человека и громко разговаривали друг с другом, так что их голоса в ночной тиши было слышно очень отчётливо. Они мешают спящим, однако никто из них об этом даже не задумывается, потому что их переполнял эгоизм. Сейчас было хорошо только лишь им. Остальное вовсе неважно.
Так до самого рассвета я следил за людьми в области, которая была предоставлена мне. Другие бессмертные занимались тем же самым, каждый из нас выбирал свои методы познания человека. Леозис, как и все, шагал по дороге в своём человеческом обличии. Саталис пользовалась виртуальной реальностью, чтобы изучать этих существ. Фалетис так вовсе патрулировал город и останавливал людей, чтобы расспросить, что они тут делают в такое позднее время. Так или иначе, опыт познания людей приходил к нам из разных источников. И знания разорада о тех, кого нам повелел Бэйн изучать, наполнялись. Мы видели неисчислимое множество их пороков, изъянов и заблуждений. Мы предпринимали великое множество попыток исправить их, но всё пока что разбивалось о неприступные скалы их несовершенства. Мы искали решение в законе, в медицине, в обучении, в силе, в магии, в технологии, в общении и безмолвии, в действиях и бездействии, в отношениях и без них. Ничего не помогало. Ни одно из существ не желало меняться, не могло увидеть своё падение, не могло найти в себе силы остановиться. Но, пока владыка Пустоты не скажет нам, что мы достаточно потрудились в этой области, исследования не прекратятся. Ведь жизнь человека разнообразна. И вариации взаимодействия с ней просто неисчислимы. Быть может, ответ кроется где-то там…
