Защитники Арида храбро сражались и умирали за своего господина, да и сам молодой Арид не желал сдаваться без боя. Будучи некромантом, как и все в его роду, он поднимал убитых воинов, но делал это слишком медленно. А когда ледяное копье пробило его грудь, он не верящим взглядом посмотрел на Дориана и выплюнув сгусток крови, свалился со своего коня. Спустя всего пару мгновений, к нему присоединилась и вся его охрана. Защитники Арида выполняли свой долг до самого конца и погибли с честью.
Когда лагерь был полностью захвачен, Дориан ударил кочевникам в спину. В это же время, оставшиеся в лесу гвардейцы атаковали их левый фланг. Получилось так, что кочевников атаковали сразу с трех сторон, что окончательно сломило их волю и заставило бежать. Вот только уйти удалось лишь малой части кочевников. Тысяч шесть, но скорее всего даже меньше. Треть лошадей были без своих скакунов и просто поддались общему порыву, оттого и побежали в ту же сторону, куда и все остальные лошади. Имперцы победили, потеряв в этом сражении чуть больше четырех тысяч солдат, большая часть из которых были стрелками, что приняли на себя первый удар кочевников.
— Это он? — спросил принц Гален, когда Дориан подъехал к нему и Барэту.
— Да, Ваше Высочество, — кивнул Герцог, — это Арид. Я лично его убил.
— Совсем юнец, — скривился принц и покачал головой, — не старше шестнадцати лет. А ведь мог бы еще жить и жить.
— Мир жесток Гален, — ответил ему дед, — каждый день, да что там, каждый час на Веосе умирают тысячи детей и подростков. И с этим ничего нельзя сделать.
— Но это не значит, что не стоит вообще ничего делать, — заметил Дориан, — вы, Ваше Высочество, как будущий правитель Империи, должны четко понимать, что именно от ваших решений и действий будет зависеть то, как будут жить ваши подданные.
— Благодарю за мудрые слова, Герцог Брейди, — кивнул ему принц, — я их запомню и постараюсь стать достойным правителем, таким же как мой отец.
Больше пяти часов ушло на то, чтобы собрать трофеи и сжечь тела погибших. Да и о раненых нужно было позаботиться. Имперцам оказывали первую помощь и давали выпить лечебные эликсиры. в то время как раненых кочевников банально добивали. Делали это не из ненависти к врагу, а потому, что их в любом случае ждала смерть. Покидая поле боя, Дориан вспомнил о том странном магическом источнике и пожалел о том, что не пустил конный отряд вдогонку. Но когда он про него вспомнил, было уже поздно.
Когда войска были собраны и направились назад, в город Мивас, Дориан погрузился в свои мысли. То, что происходило в самой Империи, да и в мире в целом, ему совсем не нравилось. Черных разломов становилось все больше и больше, а про грядущую войну Богов даже думать не хотелось. Дориан понимал, что остаться в стороне не получится, а значит, нужно серьезно готовиться. Благодаря брату, Дориан убедился в том, что смешанные полки могут вполне эффективно сражаться, а значит, стоит заняться вербовкой экзотов в свою гвардию. Отдельной головной болью стали финансы. Чтобы собрать и содержать сильную гвардию, нужны деньги и все бы ничего, но проблема с фальшивыми деньгами была все еще актуальна. Даже его собственная казна пострадала от действий преступников. Почти двести пятьдесят тысяч фальшивых монет было обнаружено в его казне, что говорило о многом. Оставалось только надеяться, что эта проблема будет решена в самое ближайшее время. В любом случае, ему и всему роду придется как следует поработать, если они хотят выжить!
Получив сильный удар в грудь, Идор отлетел на несколько метров назад, но несмотря на сильную боль, вновь встал на ноги. Его обуяла звериная ярость, которую он никак не мог обуздать. Она взяла его разум под контроль и вынудила пойти в атаку. Он вновь побежал вперед с занесенной рукой для удара. Из его пальцев торчали острые когти, которыми он мог легко разорвать плоть живого существа, но нанести удар он не смог и вновь получил сильный удар, но уже по печени.
— Ты должен обуздать свою звериную натуру, если хочешь победить. В противном случае, я сделаю из тебя отбивную, — в который раз произнес Зорн. Это был уже не первый их спарринг и далеко не последний.
После того, как Алескер сводил парня в бордель, где он стал мужчиной, Зорн занялся его обучением. Парень мог освоить духовные техники и стать таким же смертоносным, как морфы, что служили его отцу и отвечали за порядок в Альянсе. Но сперва, ему следовало обуздать свою звериную суть, которая лишала его разума во время боя.
— Запомни! — Зорн пнул его по ребрам, — твое самое сильное и смертоносное оружие — это твой разум. Зверь внутри тебя дает тебе силу, но он не должен отнимать твой разум! На этом все, можешь выпить лечебное зелье. Пора ехать дальше.
