Очень сильно было холодно и усталость уже просто рубила с ног. Спустя полчаса девчонка проходила мимо нас в сторону частных домов сзади, она сказала, что ее отпустили и она пойдёт домой. В конце улицы, метрах в 200, была группа мужчин, они не приближались к нам, она ушла к ним и вместе они скрылись за перекрёстком позади наших позиций. Мне эта идея командования не понравилась, увидя командира я ему это высказал. Мне тоже не нравится все это, но очевидно, что женщина в здравом уме не будет ползать в темноте под позициями военных, тем более что там ещё и горит все. Что она там делала, можно только гадать. Часам к трём ночи меня стало просто отключать, убедившись, что кроме меня есть кому наблюдать, ложусь под дерево рядом с валяющейся бетонной трубой, за ней прячась от ветра лежит молодой паренёк с минометки. Он весь трясётся и стуча зубами говорит, что ему очень холодно, я тоже до костей промёрз, поэтому встаю и иду где ни будь найти спальник. Их на всех не хватало, не все их взяли, оставив большинство вещей на позициях в аэропорту. Обойдя всех, спальник так и не нашёл, те у кого они были не были готовы отдать свой, каждый спал пока была возможность, примерно так что двое спят, а третий дежурит. Некоторые находили какие-то картонки и тряпки, укрываясь ими, пытались поспать пока не надо наблюдать. Найдя какие-то клеенки и ходя мимо частных домов, которые были сзади нашей позиции в десяти метрах, вижу, что один из них был вроде как заброшен и не похож на жилой. Открыв калитку и пройдя во двор в полной темноте вижу, что этот старый дом, стоит в одном дворе с хорошим, видно, что жилым домом. Осторожно дохожу до раздолбанного дома, но в нем ничего нет, глядя на жилой дом рядом, находившийся в этом же дворе, стою и борюсь с желанием войти в него, если там есть люди, то попросить у них одеяла или что ни будь чтобы укрыться. Если в доме не будет людей, то просто войти и взять что ни будь чтобы согреться...
Спустя несколько минут отказываюсь от этой идеи, подумав, что если там есть люди, тем более с детьми, то мой ночной вход в их дом, просто всех напугает окончательно и реакция у них может быть самая разная, у них и так вокруг дома твориться то что никому не пожелаешь. Тихо закрыв за собой калитку, беру найденные клеенки и иду обратно к трубе, где пытался спать, стуча зубами мой молодой товарищ. Чувство мерзкое от всего вокруг, мы как твари просто пытаемся выжить, нам и противник не нужен, командование нас поставило в такие условия что бомжи живут лучше. От некоторых я слышал ворчание в отчаянии от мороза, что он сейчас пойдёт выбьет окно и залезет в какой ни будь дом, но никто этого так и не сделал. Я постелил одну клеенку на землю, мы легли с пареньком прижавшись к друг другу чтобы хоть как-то согреться, сверху мы накрылись другой клеенкой, она не грела, но немного защищала от ветра. В полудрёме через полчаса мы встали ещё сильнее замёрзнув и стали ходить чтобы попытаться согреться, это особо не помогало, но спать не могли от холода. Также как мы, спали почти все, кто не взял спальники. Машины были заглушены и в них было не теплее, а 30 УАЗиков не хватало на 150-200 человек. От командования был запрет на костры и приказ заглушить машины еще вечером. Несмотря на то что уже каждый в этом городе знал где мы находимся и сколько нас, а перед позициями полыхал пожар освещая нас в темноте как на ладони.
Около 4 утра я увидел, что командирский УАЗ завёлся и прогревается, там работает печка. Те УАЗы в которых была рабочая печка, последовали его примеру, всем было уже плевать, мороз и усталость пересилили осторожность. Я собрал немного дров и разжег костёр под деревом возле бетонной трубы, один офицер начал мне говорить, что костры жечь запрещено, но мне было уже плевать на такое командование, все стали меняться у костра, чтобы хоть как-то обогреться. Такой бред, вокруг все и так полыхает. В итоге возражавший офицер также не стал брезговать чтобы погреться...
Так мы встретили рассвет нового дня.
1 марта
С часов пяти утра уже никто не спал. Командир батальона собрал 4 и 5 роту и почти в полном составе, пешим маршем повёл в город.
Минометчики остались на позициях с задачей прикрывать если потребуется огонь минометов, отдельные взвода и водители остались с нами.
Спустя час они вернулись и рассказали, что на той стороне, вырыты окопы и уложены бутылки с горючими смесями, нас ждали ночью. Если бы зашли колонной ночью, то нам было бы жарко, а не холодно. Роты ходили на разведку.
