Они взяли курс в том направлении, куда убегало «Копье Хассит», но Джорон понимал, как мало у них шансов догнать двухреберный корабль. Он был легче и быстрее, чем «Дитя приливов», в спокойном море. Только штормовая погода могла им помочь. Команда заверила Джорона, что «Дитя приливов» такой же быстрый, как любой из его класса, возможно, даже обладает преимуществом в скорости. Сначала Джорон хотел использовать ветрогона, но отказался от этой мысли. «Дитя приливов» потратил драгоценное время, дожидаясь, когда Миас и ее команда поднимутся на борт и отправятся отдыхать. Весьма возможно, что «Копье Хассит» изменил курс, как только скрылся из вида, чтобы помешать погоне. Джорон не хотел утомлять ветрогона длительной отчаянной гонкой и взял курс на остров, с которого спаслась Миас, посчитав, что «Копье Хассит» должен туда вернуться, и они мчались сквозь сгущавшуюся темноту и растущее волнение, Джорон ощущал песню ветрошпилей, она все время усиливалась, а он пытался понять, что это значит. Когда раздался звон ночного колокола, на корме появился Динил, чтобы дать Джорону немного поспать.
– Она несчастна, Джорон, – тихо сказал Динил.
– Верно, – кивнул Джорон. – И она едва держалась на ногах от усталости.
– Она рассказала тебе о том, что случилось на острове? Я так ничего и не знаю, – признался Динил и отвел глаза, словно ему было стыдно.
– Нет, она и мне ничего не стала рассказывать, Динил, но я думаю, что ничего хорошего. И мне кажется, она…
– Перестала быть собой? Нет. – Динил покачал головой. – А теперь она предлагает нам преследовать двухреберный корабль с очень небольшими шансами на удачу.
– Ты ставишь под сомнение ее приказ, Динил? – поинтересовался Джорон.
Смотрящий палубы поднял взгляд, и на мгновение в его глазах промелькнул смех, когда Джорон шутливо сделал вид, что рассержен.
– Я думаю, она устала, как и ты, Джорон. Иди, поспи немного.
– Да, я и весь корабль, – проворчал Джорон.
– Послушай, – сказал Динил, – я буду кричать на наблюдателей и обещать отправить их к длинноцепам, если они не найдут корабль. Это заставит их не спать.
– Будь осторожен, мы не хотим, чтобы кто-то заснул и свалился сверху, Динил. Боюсь, Миас будет недовольна, когда проснется и узнает, что мы потеряли еще одного члена команды, – сказал Джорон.
– Ну им не стоит спать, – Динил усмехнулся и зашагал по палубе, громко крикнув наблюдателю: – Что сейчас в море?! Если я увижу, что ты заснул, я сам сброшу тебя за борт!
Джорона разбудил негромкий стук в дверь каюты, он с трудом открыл слипавшиеся глаза и понял, что Глаз Скирит уже взошел. Рассеянный свет пробивался сквозь носовой иллюминатор. Джорон втянул в себя воздух, пытаясь понять, что произошло.
Все застыло в неподвижности. Джорон не слышал свиста ветра. Вода не бежала вдоль корпуса. И влажность в воздухе могла означать только одно: туман. Штиль. Миас будет в ярости. Но в таком случае в штиль попал и корабль, который они преследовали. Как могло быть иначе?
В дверь снова постучали.
– Да? – сказал Джорон.
– Супруга корабля хочет, чтобы мы все собрались на сланце, хранитель палубы. – Он узнал голос мальчика.
– Хорошо, Гавит, дай мне время одеться.
– Супруге корабля не терпится…
– Я скоро буду, но едва ли супруга корабля захочет увидеть меня на корме без штанов.
– Да, хранитель палубы, – ответил Гавит, и Джорон услышал, как он ушел.
Джорон быстро оделся и вскоре вышел на палубу в синей куртке, шляпе с одним хвостом и сапогах хранителя палубы – к своей форме он добавил несколько перьев ветрогона и безделушки погибших, чтобы не забывать о них – в таком виде он поднялся на палубу «Дитя приливов».
Он увидел торжественный корабль. Погруженные в туман, окутанные серым воздухом, на сланце собрались все дети палубы, верные Миас, которые выстроились вдоль правого и левого бортов. В дальнем конце корабля, на корме, стояли Миас, Динил, Меванс и Серьезный Муффаз. Коксвард, Эйлерин, Фогл, Куглин и Берхоф из морской стражи, слегка позеленевшие от морской болезни, и все младшие офицеры «Дитя приливов», каждый надел свою лучшую одежду. Даже эксцентричный Коксвард поменял повязки на менее кровавые, чем обычно.
С такелажа свисали пять веревочных петель, которые туман пропитал водой. Джорон занял свое место рядом с Миас – с другой стороны стоял Динил – и сразу понял, что означат петли. Миас решила, что пришло время разобраться с мятежниками. Как только Джорон занял свое место, Миас кивнула.
– Мать палубы! – рявкнула она. – Приведи заключенных.
