Серьезный Муффаз прошел через всю палубу и по лестнице спустился вниз. Джорон услышал, как он выкрикивает приказы, и вскоре он вернулся с женщинами и мужчинами, которые предали «Дитя приливов», и теми, кто к ним примкнул. Группа – Джорон насчитал девятнадцать человек и удивился, что уцелело так много, – морская стража во главе с Куглином и Берхофом быстро их окружила, они также надели парадную одежду. Затем мятежников подвели к Миас и заставили опуститься на колени. Джорон надеялся, что холодный влажный сланец заставит их почувствовать стыд, пока вода просачивается сквозь ткань штанов.
Миас молчала. Тишина окутала корабль, туман становился все более плотным. Пусть вода впитается в веревки на запястьях мятежников, и они будут стянуты еще сильнее. Джорон ждал, что Миас станет говорить громко.
Но он ошибся. Миас начала очень тихо.
– На корабле, на корабле флота все держится на доверии, – сказала она, сделала несколько шагов вперед и остановилась перед стоявшими на коленях мятежниками. Джорон разглядел Квелл в первом ряду и почувствовал укол ненависти. – Вы все предали это доверие. Каждый из вас заслуживает смерти. И я как супруга корабля имею право забрать ваши жизни. Однако я не сомневаюсь, что часть из вас вступила на путь предательства не только из-за порочности, но из-за слабости. Вот почему некоторые сохранят жизнь, однако я вас сломаю. Вы не будете иметь никакого звания до того момента, пока его не заслужите. Вы будете ниже даже привязанных к материку. Вы будете исполнять приказы даже Гавита, мальчика каюты. Все заслуги, которые у вас были, исчезли. Вы шагнете на мою палубу никем. – И в последнем слове прозвучало невероятное презрение, усиленное еще и тем, что она не стала говорить громче.
Ни одна женщина или мужчина не осмелились поднять голову.
– Вы меня слышали? Теперь вы никто. – Миас прошла вдоль ряда пленников. – Но я хочу видеть зачинщиков, – продолжала она и наконец остановилась около Джорона. – Вы меня слышали? Я хочу зачинщиков. Их шеи я растяну. А тела отправятся к длинноцепам, и Старуха никогда не примет их у своего огня.
– Супруга корабля, – спокойно сказал Джорон, потому что обещал сохранить некоторым из мятежников жизнь и сейчас не мог молчать.
Однако Миас подняла руку за спиной так, что ее могли видеть только Джорон и Динил, показывая, что ему следует молчать. Он повиновался. И вовсе не из-за того, что боялся продолжать, Джорон понимал, что должен ей верить.
– Поговорите спокойно между собой, – сказала Миас, обращаясь к мятежникам, – а затем назовите пять имен. – Она отвернулась от них и подошла к Джорону. – Я знаю о твоем обещании, – прошептала она. – Главное, правильно выбрать время. – Она наклонилась к нему. – Мы избавимся от Квелл раз и навсегда, и я позабочусь о том, чтобы ты сохранил честь. – Затем она повернулась к пленникам, которые переговаривались между собой, – за исключением Квелл, ее распухшее лицо покрывали синяки – она оставалась на коленях. «Почему?» – подумал Джорон, и тут же понял, что ему известен ответ.
Ей не было никакого смысла участвовать в тихих и напряженных переговорах за спиной, ведь сказать ей было нечего. Разве она могла отрицать свое участие в мятеже или то, что сама его организовала?
Затем Квелл встала.
– Супруга корабля, – сказала она.
– Да, Квелл?
– Эти глупцы… – Она кивнула в сторону женщин и мужчин у себя за спиной, – не способны даже организовать выпивку в трюме, где полно анхира. Подтянуть все их шеи или ни одной – твое решение, но все они следовали за мной в поисках легкой жизни. Она сделала шаг вперед. – Ты не глупа и никогда не была. Поэтому ты должна знать, что обещал мне хранитель палубы, и я понимаю, что тебя переполняет собственное чувство справедливости, и ты можешь пойти против его слова. Поэтому давай забудем об этой шараде, а я постараюсь облегчить для тебя решение. – Она сделала еще один шаг, оказалась рядом с Джороном, а не перед супругой корабля, и опустилась перед ним на колени. – Мои действия привели к тому, что ты лишился своей тени, хранитель палубы. – Она посмотрела снизу вверх на его лицо. – У тебя нет никаких оснований мне верить, но я предлагаю себя, я готова занять место твоей тени. Кроме того, я освобождаю тебя от данного мне обещания. Если ты предпочтешь, чтобы меня повесили, я отправлюсь к Старухе, чтобы принять ее суд.
Джорон смотрел на нее. Его разум находился в смятении.
В какую игру она играет?
Неужели Миас спланировала все это? Откуда она могла знать? И какого решения от него ждет?
