Они шли по темной нижней палубе корабля. Если бы Миас все еще стояла во главе «Дитя приливов», здесь было бы больше членов команды, но Квелл даже не пыталась строго управлять кораблем. Ее власть основывалась на том, что она давала команде то, что та хотела, даже во вред «Дитя приливов». Джорон это понимал, как и все члены команды, которые старались бесшумно двигаться по нижней палубе. Корабль является механизмом, а дисциплина – смазкой, позволяющей ей работать.
В сердце Джорона ярко пылал гнев. Гнев на Квелл, посмевшую отобрать корабль у Миас, у него, у женщин и мужчин, которые напряженно работали, чтобы превратить «Дитя приливов» действительно в боеспособный корабль флота. Гнев на Квелл, подвергнувшую опасности то, чего он прежде не понимал – идею мира на Архипелаге, теперь ставшую для него близкой и дорогой. Но еще ближе и дороже для него были люди: Фарис, Барли, Эйлерин, Берхоф из морской стражи, прикрывавший их сзади, и даже ветрогон. И он чувствовал, что остальные испытывали такую же ярость.
Между тем Динил остановился перед входом в арсенал и поднял вверх кулак, призывая к молчанию.
Жизнь замерла.
Динил оглянулся на Джорона, ожидая приказа.
Джорон ждал. Гнев усиливался. Ненависть.
– Ждем, – прошептал он.
– Чего? – тихо спросил Динил.
– Я думал как разгневанный человек, а не офицер. – Он повернулся, нашел взглядом Берхофа и поманил его к себе. – Берхоф, возьми троих самых сильных бойцов, отправляйтесь к люку, ведущему на нижнюю палубу. Удерживайте его. Мы превосходим их числом, но если нас запрут в этом коридоре, мы утратим все преимущества и Квелл перебьет нас арбалетами. Поэтому вы должны удерживать выход.
Берхоф кивнул.
– Слушаюсь, хранитель палубы, – сказал он. – Мы его удержим, не беспокойтесь. Я не хочу умереть на борту корабля.
– Тогда иди, Берхоф, и возьми с собой Барли.
Берхоф кивнул, назвал еще два имени, и они вчетвером пробились сквозь плотную толпу детей палубы за спиной Джорона. Он смотрел им вслед, а они ждали, стараясь не шуметь, что было практически невозможно – такая большая группа женщин и мужчин не в силах сохранять полную неподвижность. Джорон слышал дыхание, шорох одежды. Легкий стук сапог о палубу – люди переминались с ноги на ногу. И еще смех, доносившийся из-за двери арсенала.
Затем Джорон жестом показал, что им следует максимально пригнуться.
Намд и Фогл, обладатели последних курновов, которые принес Динил, распласталась на полу по разные стороны двери. Джорон посмотрел на Динила и кивнул.
Смотрящий палубы распахнул дверь.
– Ты снова пришел за оружием, смотрящий палубы? – презрительно спросил один из игроков, он явно не собирался демонстрировать уважение офицеру.
Джорон не сомневался, что это Инвар, один из людей Куглина.
– Да, Инвар, так и есть.
В мрачном сиянии тусклосвета Джорон видел Динила, стоявшего перед Инваром и тремя другими детьми палубы, которые сидели вокруг стола. За ними – усиленную дверь в арсенал. Джорон старался заставить людей не смотреть за спину Динила, в сторону распахнутой двери.
– Такому однорукому, как ты, Динил, следовало бы делать перчатки, а не служить на боевом корабле. – Смех. – Да и зачем тебе клинки?
– А зачем обычно нужны клинки детям палубы? – спросил Динил шутливо, снимая курнов с пояса. – Для убийства, конечно. – И вонзил клинок в грудь Инвара.
Прежде чем остальные успели отреагировать, Намд и Фогл вбежали в маленькое помещение. Взлетели и опустились клинки, стены оросились кровью, как главная мачта брызгами краски. За спиной Джорона послышался рев. Ему хотелось крикнуть, чтобы они замолчали, но он понимал, что это бесполезно. Птица вылетела из клетки. Он услышал громкий голос сверху.
– Пленники вырвались! Пленники вырвались!
На палубе тревожно и быстро зазвонил колокол.
– Оружие! – закричал Джорон. – Они очень быстро будут здесь, а те, кто сзади, безоружны.
Джорон мысленно выругал себя. Почему он не подумал об этом раньше? Если Барли и Берхоф не удержат люк, та часть команды, что сейчас остается сзади, погибнет первой. Он огляделся в поисках Эйлерин – Джорон боялся, что она станет легкой добычей для мятежников Квелл, и обнаружил курсера в самой гуще событий. Охапки курновов и змеепик быстро переходили в руки защитников корабля. Джорон пробился в конец толпы детей палубы как раз в тот момент, когда появились первые клинки.
Воздух дрожал от напряжения.
Джорон слышал гневные голоса.
– Вперед! – закричал Джорон, обращаясь теперь уже к вооруженным детям палубы. – Берхоф и Барли нуждаются в нашей помощи на нижней палубе.
