Пока Семрин наблюдал за последней парой поединщиков, Ханой шептал ему на ухо инструкции. Хитрец узнал важные сведения от участников сложил отрывки слов, чтобы принять единственно верное в таком положении решение.
Последним противником и претендентом на руку и сердце покойной был худощавый старик, лет сорока, с пронзительным взглядом из-под седых бровей. Белесые, застарелые шрамы украшали его руки, расчертили лицо и шею.
Семрин обернулся на Ханоя, ища поддержки, но кнут отрицательно покачал головой. Ветерана сотен битв было трудно просчитать. В пользу копья играли многочисленные раны, кои кровоточили, ослабляя соперника.
— Зачем ты здесь, варвар? — прошипел старик.
— Удачно выиграл в кости приглашение, — с улыбкой ответил Семрин.
— Как ты думаешь выжить после поединка? — нанося удар мечом, спросил ветеран. — Или решил стать дохлым мужем, но все же королём?
— Я умею плавать, — ответил Семрин.
Старик рассмеялся и бросил меч к ногам копейщика.
— Я слишком стар для королевы пиратов. Пусть её мужем будет молодой и сильный!— прокричал воин, чтобы услышала вся площадь, а проходя мимо копейщика сообщил:— Не бери больше, чем сможешь унести.
Его выбор приняли, а самого ветерана отвели в сторону от джонки.
Их рассказ прервал Максуд.
— Подожди! Как это речной разбойник, который не умеет плавать?
— Жители Хань, не смотря на то, что это их стихия, не заходят в воду далеко. Большинство боятся злых духов и утопленников, змей и драконов, — ответила Ляосянь, догадавшись о развитии истории.
— Вэйцы опасаются реки и не умеют плавать, а для Суньцев вода и вовсе чужда, — подтвердил Ханой.
— Что касается твоего вопроса, то если тебя всю жизнь возят на телеге, это не означает, что ты можешь скакать верхом.
— Она всю жизнь была на корабле или на земле. Неожиданно, но вполне в духе местных поверий, — задумчиво произнёс Госра: —так что было дальше?
Семрина провозгласили женихом и королём пиратов, его братьев поверенными. В джонку загрузили тела соискателей, на коврах аккуратно положили невесту в национальном свадебном платье, а после начали таскать подарки и сокровища для мира мёртвых. Каждому из троицы оставшихся в живых предложили ритуальный напиток, копье отказался, а вот двое других с удовольствием выпили предложенное. После того, как на борт зашёл Семрин, лодку взяли на буксир. Дотянув последний корабль до середины реки, матросы отрубили верёвки, связывающие лодки между собой, и поспешно вернулись на берег. Через час Семрин остался один на ногах, сонное или яд сморил остальных.
— Стою я среди горы мёртвых и сокровищ и не пойму, что не делать дальше? — со смехом продолжил копейщик. — Корабль подхватило течение и медленно понесло. Когда город уже скрылся за холмами, джонка заметно просела. Вот тогда я начал спешно открывать сундуки, разворачивать мешки, чтобы забрать добычу. Да еще руль был сломан, потому выправить к берегу не получалось, да я и не умел никогда.
— Ханой торговался, как в последний раз. Хватались за оружие в споре, но крови на свадьбе уже достаточно пролили. После ударили по рукам, — подхватил Батыр.
— Нам вернули лошадей, я сторговал пять комплектов брони, сносное оружие и кучу разнообразного хлама на выбор. Учредитель никак не хотел отдавать выкуп за жениха деньгами, — продолжил кнут. — Удивительным для меня было то, что родственников или друзей остальных претендентов также не обделили.
Семрин продолжил рассказ, из которого братья узнали о дальнейших злоключениях баловня судьбы. Все, что имело ценность в глазах их собрата было тяжелым и негодным для длительного заплыва. Все деревянные сундуки и бочки были слишком тяжелыми, потому не годились в качестве плавательного средства. Потому, без особых затей, парень набил карманы большими драгоценными камнями, а на шею повесил украшения. Когда джонку начали заливать волны, он прыгнул за борт.
— В жизни не надену на себя золото! — уже без смеха произнес копье. — Оно душило, тянуло ко дну. Благо хоть куртку оставил собрату. Большая благодарность изгою. Его тело не утонуло, а помогло мне справиться с длинным путем на сушу. Я чувствовал, как его плоть начинали проверять на вкус разные твари, и начинал активного болтать ногами. Там мы вдвоем добрались до берега.
Чуть позже, когда Семрин пытался согреться на берегу, его отыскали братья.
— Так что наш баловень судьбы теперь и женат, и вдовец одновременно. А у нас в руках была неплохая казна. Конечно, будь я на корабле... — начал было Ханой, как на него тут же замахали руками Батыр и Семрин.
— Будь я на корабле, — продолжил с нажимом кнут: — то связал бы тела всех двенадцати участников свадьбы меж собой, а затем набил сундук. Используя их в качестве плота, добыл бы больше.
Максуд неодобрительно посмотрел на брата, Госра, задумавшись, никак не отреагировал, а Ляосянь очень странно восприняла размышления стратега. Поужинав, полный шестипалый кулак устроился на ночлег.
***
