— Пообещала, что поговорю с капитаном, как только улучу минутку. За целый день этого так и не случилось, а ведь сейчас уже за полночь.
И она широко, до слез зевнула.
— Господи, куда подевались прежние славные деньки?
— Это какие же?
— Ну, когда всей этой ерундой занималась Эреал, а еще до нее — Патриша. Я же была простым Всадником, и единственное, что могло меня выгнать из дому в такой час — это кружка холодного доброго эля в «Петушке и курочке». Господи, какой же серьезной и здравомыслящей стала я потом!
— «Петушок и курочка»? — недоверчиво сморщила нос Кариган. — Ты что, действительно посещала это место?
Обшарпанная пивнушка стояла на окраине, которая пользовалась весьма сомнительной репутацией.
— Еще как, — восторженно произнесла Мара. — У них подают самый лучший и самый горький эль по эту сторону от Гранджента. Он настолько крепкий, что можно было бы завить даже твои волосы.
— Ага, теперь понятно, откуда у тебя кудри, — фыркнула Кариган.
Мара издала долгий, горестный вздох.
— Эх… А ныне я вынуждена прозябать на дурацких собраниях, где немытые конюшие часами препираются из-за мешка зерна.
Сказав это, она объявила, что полностью вымоталась и уходит спать. Кариган же еще пришлось убирать свои бумаги со стола.
Она так надеялась, что скоро все ее заботы улетучатся и ей представится возможность посидеть в хорошеньком местечке — неважно, где, уж в каком-нибудь получше, чем «Петушок и курочка». Просто сидеть, потягивать холодный эль и не думать ни о чем… Беда в том, что девушка никак не могла отделаться от образа Лил Амбриот — та не сводила с нее грозного взгляда, и Кариган испытывала неосознанное чувство вины.
Спотыкаясь и зевая, она побрела в свою комнату. Там она скинула башмаки и загасила лампу. Скорее бы Коннли вернулся и снял с нее этот груз ответственности. И, возможно, ей никогда больше не привидится в зеркале Первый Всадник. Может быть…
Через пару секунд она провалилась в глубокий сон.
К несчастью, утром стало ясно: ни одна из ее грез пока не реализовалась. Капитан Мэпстоун по-прежнему не показывалась из своей комнаты и отказывалась с кем-либо разговаривать. Чуда не случилось: Коннли не объявился. А ей — хочешь не хочешь — приходилось доводить до ума расписание поездок Всадников.
Сегодня утром Кариган уже с нетерпением ждала своей обязательной тренировки с Дрентом. Ей просто необходимо было отдохнуть от бумажной волокиты и отвлечься от проблем Курьерской службы. В результате она получила желаемое: Дрент до полусмерти отмутузил ее на боевом пятачке. Но боль в мышцах породила у нее чувство того, что она занимается «настоящей» работой.
После тренировки Кариган пришлось встретиться с интендантом, дабы удостовериться, что все Всадники, выезжающие с поручениями в ближайшую неделю, будут обеспечены надлежащим образом. Она дотошно пересчитала упряжь для лошадей и костюмы для Всадников. Затем настала очередь проверить неиспользованные одеяла, вооружение, походные сумки и съестные припасы. Девушка поплелась на кухню, где главный повар терпеливо объяснил ей, что сухой паек для Всадников всегда наготове: как только понадобится, она может прийти и получить его.
Вот она, работа Главного Всадника. В его обязанности входило следить за полным обеспечением посыльных — так, чтобы они в любой момент могли выехать в нужном направлении. Раньше, когда Кариган получала задание, Кондор ждал ее, уже оседланный, а седельные сумки ломились от припасов. Ей даже в голову не приходило, что обо всем этом за нее позаботился Главный Всадник.
И если он о чем-то забывал, это могло поставить под угрозу выполнение поручения. Никогда прежде Кариган не доводилось в пути испытывать нужду в чем-то. Исполнительность их Главного Всадника должна была послужить ей примером для подражания. Она постарается так же хорошо обеспечивать своих товарищей. А когда все вернется на круги своя, Кариган обязательно найдет время поблагодарить Коннли за его заботу.
Проходя по прилегающему к замку участку и на минутку подняв глаза от списка командировок Всадников, она увидела вдалеке Мару: та семенила куда-то с решимостью бульдога — скорее всего еще на одну деловую встречу.
Кариган остановилась и с силой потрясла головой. Да полноте… когда ж все вернется к норме? И есть ли такая норма? Девушка вздохнула и с грустью поплелась к казарме, где ее ждала убийственная куча бумаг.
В четыре часа Кариган решила, что с нее довольно. Отложив ручку, она откинулась на спинку стула.
«Все, на сегодня больше никаких бумажек», — подумала она.
Покинув казарму, девушка направилась к конюшням. Настало время обеда, и лошади встретили ее радостным фырканьем. Некоторые из них кружили по стойлу, нетерпеливо лягая стенки, поторапливая нерасторопных кормильцев.
Хеп уже закончил сбрасывать с чердака сено и сейчас как раз убирал лестницу. При виде помощницы он широко улыбнулся.
— Может, начнешь с овса? — предложил он.
