Зов полнолуния (СИ) полностью

   Зов полнолуния.

   - Танюша, ты дома?

   - Привет, милый. Конечно дома, где же мне ещё быть? - улыбаясь, сказала жена, встречая меня в прихожей.

   - Ну, мало ли..., - ответил я и нагнулся, чтобы развязать на туфлях шнурки, - может же, моя жена уйти в магазин или в парикмахерскую, в конце концов.

   - Может! Но только не в шесть часов вечера.

   - Почему это? - с притворным удивлением, спросил я, прекрасно зная, что она мне ответит.

   - Потому что, в это время, домой возвращается мой муууж! - смешно сложив губы бантиком, протянула Таня и, как всегда звонко чмокнула меня в щёку.

   - Всё! Побежала на кухню, - сказала она и повернулась, чтобы уйти, но, не сделав и шага, снова развернулась ко мне лицом.

   - Что? - спросил я.

   - У тебя какой-то загадочный вид, дорогой. Случилось чего? - с хитрым прищуром, спросила Таня.

   - Ничего особенного, - ответил я, пряча улыбку, - если не считать того, что я приготовил тебе сюрприз.

   - Сюрприз?! Ну-ка, ну-ка, выкладывай.

   - Я заказал нам ужин из нашего любимого итальянского ресторана и его привезут с минуты на минуту. А ещё, по пути домой, я зашёл в супермаркет и купил бутылочку французского вина. Вот, возьми. А теперь со спокойной душой можешь идти на свою кухню.

   - А в честь чего праздник, позвольте поинтересоваться? - с довольной улыбкой спросила Таня, рассматривая бутылочную этикетку.

   - В честь пятницы. Сегодня же пятница, если я не ошибаюсь, - ответил я, по пути в ванную. Уже находясь в дверях ванной комнаты, я обернулся и сказал: - Есть ещё один повод, но о нём я скажу позже, за бокалом вина.

   Тщательно вымыв руки, я посмотрел на себя в зеркало. "А ты сильно сдал, старик", - подумал я, разглядывая своё лицо, изрезанное глубокими морщинами. Да и как тут не сдать, чёрт побери, если любовь всей твоей жизни, женщина, без которой я не мыслил своё существование, из-за какой-то нелепой случайности, могла оставить меня на этой бренной земле, одного? Это случилось почти два года назад, самолёт, на котором, моя Танечка возвращалась от родителей, выкатился за пределы взлётно-посадочной полосы. Начался пожар, погиб весь экипаж и более половины пассажиров. Оставшиеся в живых получили тяжёлые травмы. В том числе и Танюша, которая, к тому же, была на седьмом месяце беременности. Почти две недели Таня балансировала на грани жизни и смерти. В конце концов, врачам удалось спасти ей жизнь. А вот нашего долгожданного первенца мы потеряли. Для нас обоих это стало страшным ударом, от которого мы и по сей день, полностью не оправились. Потом была долгая реабилитация, мне понадобился почти год, чтобы поставить Таню на ноги. Далось это очень тяжело, но я был на седьмом небе от счастья! Моя Таня! Любимая одноклассница, ставшая впоследствии моей женой, вернулась к нормальной жизни! Танечка получила инвалидность, но с правом работы. Однако, я категорически запретил ей работать, и моя жена превратилась в домохозяйку. Лишь одно обстоятельство омрачало нашу, без преувеличения могу сказать, счастливую жизнь - отсутствие детей. Но с этим ничего нельзя было поделать, приговор врачей был неумолим, проклятая катастрофа навсегда лишила мою Таню счастья материнства.

   Ужин удался. Все блюда, в том числе, и любимая Таней, пицца "Пеперрони", были на высоте. За что моя отдельная благодарность шеф-повару.

   - Ну, - поднимая бокал, спросила, слегка захмелевшая Таня, - чем будем заниматься в выходные?

   Я её прекрасно понимаю, всю неделю сидеть в четырёх стенах, скука смертная. Что ж, для того и существуют выходные, чтобы скрашивать серые будни. Значит, будем скрашивать.

   - Давай пригласим Мишиных, - предложил я, - мы давно с ними не встречались. Ты приготовишь свою фирменную лазанью.

   - Не хочу! - внезапно резко оборвала меня Татьяна, - нет настроения. Ты же знаешь, я Сашкину благоверную терпеть не могу. Для того, чтобы я могла с ней общаться, нужен соответствующий настрой. А у меня его нет.

   - Ну, хорошо, тогда давай сходим в кино или в театр.

   - А вот это другое дело! - обрадовалась Таня, - только в кино не хочу, хочу в театр!

   - Точно! - воскликнул я, - как насчёт старой, доброй классики?

   Танины глаза мигом загорелись. Мы оба просто обожаем русскую классическую литературу. Пушкин, Чехов, Гоголь, Достоевский - гении, раскрывшие миру загадки русской души. Их шедевры можно перечитывать и пересматривать бесконечно, каждый раз открывая для себя новые черты, пожалуй, самой неоднозначной нации на земле.

   - Что? - с нетерпением спросила меня Таня, - какая-нибудь премьера?

   - Да! - торжественно объявил я, и процитировал, - "Итак, она звалась Татьяна...".

   - Неужто сподобились на Онегина? - с недоверием улыбнулась Таня.

   - А, то! Помнишь, как в фильме Рязанова? "А не замахнуться ли нам на Вильяма нашего Шекспира?"....

   - И замахнёмся! - подхватила Таня и засмеялась.

   - Кстати, - вдруг, вспомнила она, - ты, кажется, говорил, что есть ещё один повод для сегодняшней вечеринки.

   - Ах, да! - хлопнул я себя по лбу, - как я мог забыть!

   Я взял бутылку и разлил остатки вина по бокалам.