- Понятно. А я Сутормин Рудольф Германович, бывший коллега погибшего. Пойдёмте Евгений Иванович, помянем раба божьего Егора. Царствие ему небесное! Ей Богу, он его заслужил!
Перед тем, как уйти с кладбища, Женька Скворцов, ещё, на несколько секунд, задержал свой взгляд на двух утопающих в цветах могильных холмиках.
- Будьте там также счастливы, как были счастливы здесь, - прошептал он и, смахнув предательски набежавшую слезу, зашагал прочь.
