Они ворвались в старый дом дяди одного из любовников Мигеля. Парень, дрожа от страха, признался им, что у Мигеля был ключ и они часто встречались там. Дом ютился в бывшем районе моряков, в нем было сыро и пахло плесенью. Они поднялись по лестнице наверх, в жилое помещение, но там никого не было.
– Тут еще есть гараж с подсобкой.
– Открывай, – велел Ардо.
Они вошли в гараж, парень щелкнул выключателем, но свет не зажегся.
– Лампочка перегорела, – извинился он, стуча зубами от страха.
Лукас и Ардо включили фонарики.
– Моя машина! – Ардо подошел и заглянул в салон. – Стекла разбились внутрь. Странно.
– Где подсобка? – Лукасу показалось, он услышал какой-то звук.
– Там, – парень показал на массивную дверь.
Они вошли в темное и душное пространство. Фонарики выхватили маленькое помещение, труп Мигеля у стены, с распахнутыми и залитыми кровью глазами, еще одна тонкая полоска крови стекала изо рта. Пару кресел, труп на полу и странную комбинацию из тел на диване.
Лукас бросился к белому телу Катарины. Девочка была в беспамятстве, раздета, измазана в крови, она пела что-то неразборчивое, не приходя в сознание и не реагируя на него.
– У нее шок, – Ардо помог Лукасу разрезать веревки на лодыжках Кат и вытащить ее из-под тел.
– Принеси одеяло, живо! – рявкнул он дрожавшему от испуга художнику голосом сирены.
Когда тот вернулся, они бережно завернули Катарину в плед, Ардо осмотрел трупы.
– Она убила их, – констатировал он. – Их всех.
– Они пытались изнасиловать ее, – Лукаса трясло. – Она сильно испугалась.
– Я не знаю никого, кто способен на такое.
– Перед тобой еще один такой, – Лукас хмуро прижал Катарину к себе. – Она действовала неосознанно и в целях самозащиты.
– Да я-то понимаю, – Ардо огляделся вокруг. – Но как мы объясним это Темному клану?
– Им нельзя этого объяснять. Ардо, они из шкуры вон вылезут, если узнают, что есть такая сильная сирена. Они получат ее, превратят в инкубатор для вывода сильных особей. Ты этого хочешь для Катарины?
– Нет, – возмутился Ардо.
– Тогда садись в машину. Отвези ее домой. Я займусь всем остальным.
– И им тоже? – Ардо кивнул на испуганного художника.
– И им тоже.
Он помог Ардо разместить девушку на заднем сиденье, открыл ему дверь гаража.
Когда автомобиль скрылся из вида, Лукас взял канистру, облил гараж бензином и с тяжелым сердцем подошел к художнику. Он должен убить его, чтобы защитить Катарину. Нельзя оставлять свидетелей. Он наклонился к уху испуганного мужчины и прошептал ему на ухо пару слов. Он внушил ему, что тот стал знаменитым. Всемирно знаменитым. Его скульптуры стоят миллионы. Его любовники – самые успешные люди.
Блаженная улыбка заиграла на губах обреченного. А потом одним словом Лукас погасил его сознание. Навсегда.
Когда он вышел с улицы на широкий проспект и поднял руку, чтобы поймать такси, за его спиной поднимался черный столб дыма.
Ардо открыл ему дверь.
– Она еще спит.
Лукас заглянул в комнату. Катарина так и лежала завернутой в плед.
– Пять минут назад она страшно плакала и кричала, не приходя в себя, – Ардо показал на свежие влажные дорожки от слез на щеках девушки.
– Уроды… – Лукас пожалел, что Маркус был мертв, когда они его обнаружили, иначе он бы с удовольствием убил бы его сам. И не так гуманно, как художника.
– Что с телами?
– Все под контролем. Они ведь уехали вчера официально, повсюду отметились. Даже в аэропорту прибытия. Так что… то, что они тайно вернулись на следующий день, знаем только мы. Их будут искать в Италии.
– Если они никому не проболтались о наследнице, – заметил Ардо.
– Зная Маркуса, я могу заверить тебя, что он собирался привезти Катарину как трофей. Всегда любил театральные сцены и жесты. Так что, думаю, больше никто не знает.
– А если знают, то…
– Война, – мрачно заключил Лукас. – Но сейчас меня волнует куда больше ее состояние.
Он подошел к Катарине, повернул ее на спину.
– Она практически раздета, – заметил Ардо, когда Лукас стал разворачивать ее из пледа.
– Я знаю. Но тебе ведь не впервой? Принеси мокрое полотенце.
Ардо выругался, намочил в ванной полотенце, отжал его с яростью, так, что ткань затрещала, принес Лукасу.
Лукас принялся оттирать кровь с лица и живота Кати.
– Дай мне какую-нибудь майку.
Ардо вытащил наугад майку из шкафа и помог Лукасу снять с Катарины порванную рубашку и надеть майку.
– Ты только посмотри, – Лукас провел пальцем по ранам от веревки на запястье девушки.
Катарина застонала и снова захныкала.
– Шшшш, – Лукас взял ее на руки и крепко обнял. – Все хорошо, все хорошо. Очнись.
Свет за закрытыми веками был чем-то вроде света в конце темного и страшного тоннеля. Она ползла, обдирая в кровь руки и колени, хотела добраться до него, потому что свет говорил с ней спокойным голосом:
– Все хорошо, Катарина, все хорошо. Возвращайся.
Катя рвалась к этому голосу. Ужас и страх тянули назад в черноту, и она пыталась вырваться из их цепких когтей. Она была совсем рядом с выходом из тоннеля, пальцы протянутой руки уже озарял свет свободы, когда кто-то навалился на нее всем весом своего тела.
