Зов скорби полностью

— Я ведь… не сделала ничего плохого!

Ответа не последовало. Никто даже не решился посмотреть в безумные кроваво-красные глаза, взгляд которых метался, словно пойманная в клетку птица.

— Почему? Я не понимаю… — продолжала бормотать женщина, не в силах сделать лишнего движения из-за цепей, которые обвили ее тело, словно змеи. Черные одеяния, когда-то наверняка роскошные, теперь напоминали шелковые лохмотья, а длинные волосы цвета вороньего крыла были растрепаны.

— Она что, в самом деле ничего не осознает?! — неожиданно вспылила одна из стоявших возле нее женщин. Зарычав словно дикий зверь, красавица сжала в кулак правую руку, и в тот же миг та превратилась в мощную тигриную лапу! От резкого движения длинные темно-золотистые волосы с черными прядями разлетелись в разные стороны. Юбка черного платья с меховой отделкой взметнулась, и в высоком разрезе мелькнула стройная тренированная нога, когда женщина с силой ударила лапой об землю.

— Успокойся, Гаретта, — резко проговорила зеленоглазая красавица с длинными рыжими волосами, когда громкий стон сотрясенной земли наконец стих. — Ярость — это последнее, от чего нам будет толк. Тем более, что в произошедшем есть и наша вина. Мы допустили это, и цена вполне справедлива.

— Знаю, знаю! — фыркнула та. — Нужно было сразу поставить ее на место, пока она еще соображала.

— Не могу поспорить с этим, — кивнула женщина, взмахнув большими кожистыми крыльями, находившимися у нее за спиной. От их легкого движения воздух наполнило шуршание тафты ее изумрудного платья с длинными рукавами. — В любом случае, Аллирея уже ждет нас в мире снов, не стоит медлить. Сонаэ, что ни будь случилось? — неожиданно бросила она.

— Ничего особенного, просто… — с грусть прошептала светловолосая девушка в длинном платье из алого шелка. Большие огненные крылья, пылавшие за ее плечами, заставляли янтарные глаза переливаться причудливыми оттенками. — Я просто задумалась… а что будет с этим миром без бога?

— Поздно думать об этом. Что сделано, то сделано, — спокойно отрезала женщина.

— Да, Лемия, ты права… но все же, пять-шесть тысячи лет… мне страшно подумать…

— Не сделай мы этого, было бы еще страшнее, — резко напомнила Гаретта. — Глупо взваливать вину на кого-то одного, виноваты мы все. И нам пора поскорее присоединиться к тем, кто заплатил за наши ошибки… — решительно зашептала она, сжимая кулаки. Но разобрать ее дальнейших слов не получалось из-за нарастающего гула, который ударил по сознанию!..

Плакал младенец… да, это определенно был детский плачь. Он звучал будто серена, возвещающая о катастрофе. Но ее, похоже, не было слышно никому, кроме красивой обнаженной черноволосой женщины, которая стояла посреди комнаты и, казалось, не замечала капель крови, забрызгавших ее смуглое тело.

— Да, все правильно… все хорошо… я делаю все правильно, — прозвучал ее звонкий голос, когда губы, словно у фарфоровой куклы, растянулись в зловещей улыбке.

— Ты ведь… придешь, если я позову тебя? Правда придешь? — отчаянно всхлипывал сломленный женский голос. Такой робкий, совсем тихий — словно шептавший им лежал в бреду на холодном полу, не находя сил даже открыть глаза. — Кроме тебя я ничего не помню… но знаешь, мне ведь больше ничего и не надо! Где бы ты ни был, я почувствую тебя, даже через тысячи лет буду слепо тянуться к твоему образу и звать, повторяя самое дорогое имя! Лалиор, Лалиор, Лалиор, Лалиор… я так его люблю, оно чудесно! Просто приходи иногда… не оставляй меня одну, пожалуйста. Я не смогу без тебя.

— Если бы ты просто слушала меня, если бы не… у меня было бы время все исправить! — прозвучал в темноте мужской голос, сдавленный застрявшим комом в горле. — Я знаю, что смог бы… и еще смогу. Просто подожди немного.

Темнота, наполненная болью и безнадежностью. Ее разрезали только звон цепей, звуки удаляющихся шагов и отчаянный плач, который обессилено бросал в пустоту:

— Не уходи, пожалуйста! Не уходи! Не нужно… Как же я… без тебя?

Распахнув глаза, я смотрела на ночное небо расширенными зрачками. Казалось, мои веки сомкнулись всего на миг… но, похоже, прошло гораздо больше времени. Затмение: когда я провалилась в сон, Луна была покрыта кровавой тенью лишь наполовину. Но сейчас, на зависшем в небе красном мячике, ярко светил тонкий белый серп, который увеличивался с каждой минутой.

Похоже… я все пропустила?

Этот сон… обрывки образов болезненно крутились в голове, не желая оставить меня в покое.

— Алиса, все в порядке? — послышался мамин голос. Остановившись у входа на балкон, она посмотрела на меня полным беспокойства взглядом. — Солнышко, ты что, плачешь? Что случилось?

Я растерянно коснулась глаз тыльной стороной ладоней. И правда, слезы.

— Все в порядке, мам. Просто приснилось что-то странное, — неловко отмахнулась я, поджав колени.

— Что же? — поинтересовалась мама, прежде чем сесть рядом на мягкий диванчик.

— Даже не помню, муть какая-то, — пробормотала я.

— Ох, родная…