Тут моя память услужливо подкинула вчерашний вечерний разговор. Он же предупреждал, что сегодня ему надо будет уехать по делам. Точно, точно. Встреча с одним из военачальников у Южного Поселенья. Где это самое поселение располагалось, я не имела ни малейшего понятия, так же как и сколько времени займет Сашина поездка.
С одной стороны мне стало грустно, а с другой словно стало легче дышать. Мне не хотелось сегодня его видеть, потому что я не знала, как смотреть ему в глаза, после нашего безумия. Так или иначе, его отъезд давал мне передышку. Это было здорово.
Александр вскочил на Торбана и тот звонко нетерпеливо заржал, словно требуя, чтоб его пустили галопом. Саша, потрепал его по коротко стриженой гриве и направил быстрой рысью к воротам.
Через миг его уже не было, а я смогла облегченно вздохнуть.
День прошел практически не заметно. Утром я слонялась по замку, не зная чем себя занять, потом мы с Викой пообедали, затем пришел Ванклиф, и мы погрузились в изучение местного языка, географии, политической обстановки, танцев, этикета.
Занимались до самого ужина, после которого Вика покинула меня по каким-то очень важным делам. Подозреваю, что у этих дел было только одно название "Рей".
Я опять оказалась одна в своей комнате, на своем любимом балконе. Жара спала, уступив место приятной вечерне прохладе. Я сидела на кресле и задумчиво смотрела на вечернее небо. Где блуждали мои мысли? Не знаю. Они то концентрировались на Хромове, то возвращались к нашей прошлой жизни обычных воровок, а иногда просто растворялись, оставляя после себя какую-то спокойную пустоту.
Понятия не имею, как долго там просидела, но из задумчивости меня вывело цоканье копыт. Опустив взгляд на двор, я замерла.
Он вернулся.
Немного устало слез с коня, передал поводья подоспевшему конюху, осмотрелся вокруг и пошел к дому. Я притаилась в глубине кресла, надеясь, что он меня не заметит. Блин, мой внутренний мир оказался не готов к такому быстрому возращению этого ненавистного, но столь притягательного для меня человека. Думала Саши не будет хотя бы пару дней.
Сиденье на балконе и любование вечерними красотами внезапно потеряло для меня всю свою наивную привлекательность, и я зашла к себе в комнату.
Девять часов вечера. Время детское, но мне захотелось спать. Я быстренько скинула с себя брюки и футболку и забралась под кремовые простыни. Я всей душой надеялась, что быстро засну и таким образом хоть на время скроюсь от пугающей меня действительности.
Естественно моим нелепым мечтам не суждено было сбыться. Больше часа я ворочалась с боку на бок, пытаясь поудобнее устроиться, сто раз переворачивала подушку, то скидывала простыни, то заматывалась в них по самые уши. Проклятый сон не шел.
Его присутствие в комнате я почувствовала сразу. Он появился сзади меня, небрежно сгреб в охапку, и через секунду я уже лежала на его кровати в его комнате. Меня опять трясло от холода и его близости
- Думал, ты сама ко мне придешь,- тихо произнес он, притягивая меня к своей груди.
- Я не знала, что ты уже вернулся,- пропищала я, не в силах встретится с ним взглядом.
- Врешь,- просто ответил он,- я видел тебя на балконе.
Ну что тут сказать? Отпираться не имело смысла, поэтому я просто уткнулась ему в грудь и затаилась как мышонок.
- Что происходит, Оль?- мягко спросил он, гладя мои волосы,- ты не такая, как обычно.
" Я боюсь тебя,- крутились у меня на языке горькие слова,- боюсь до дрожи, что ты снова оттолкнешь меня как ненужную игрушку, сломаешь, разберешь на части, а потом, потеряв интерес, выбросишь за ненадобностью и пойдешь спокойно дальше. А я опять буду скулить как побитая собака и зализывать раны"
Конечно, я так и не озвучила эти слова. Не надо ему было знать о моих чувствах. Их я решила оставить только себе. Пускай больно, пускай горько, но так я смогу спрятаться от него, сохранить осколки собственной гордости.
Саша терпеливо ждал ответа, а я по-прежнему молчала. Его нежные поглаживания, постепенно становились более настойчивыми, и я почувствовала, что начинаю плавиться. Вскоре его губы нашли мои, и мир снова перестал существовать.
Ладно, будь что будет, обреченно подумала я, сдаваясь под его ласками. Пусть он опять получил мое тело, но свою душу больше ему не отдам.
...А в пять часов утра, я опять на цыпочках покинула его комнату и сбежала к себе, не в силах заставить себя проснуться рядом с ним утром.
