Спрятать петарды оказалось не так-то просто, особенно, если учесть тот факт, что дети любят играть. А эти игры могут завести их далеко за пределы собственных палат. Тогда подсобка становится отличным местом, куда обязательно норовит заглянуть каждый ребенок. Особенно, если она плохо закрывается и открыть ему может любой желающий. Так Олеся поняла, что петарды находятся совершенно не в безопасном месте. К счастью, на тот момент никто не успел их опробовать на деле. Так что пришло самое время унести их подальше из диспансера. Подальше от лап детей. То есть Олесе ничего не оставалось, как захватить петарды с собой.
Но на этом сюрпризы не заканчивались. Кристина всё-таки умудрилась познакомиться с Вадимом и Петром. Ей всегда нравились парни, на которых обращали внимание её подруги. Так что Петр ей сразу запомнился. Оставалось только втянуть в его компанию Олесю, ведь он везде ходил с лысым другом. Конечно, Кристина не собиралась помогать ей в поисках убийцы. Её интересовал Петр, а Олесе оставалось лишь смириться с тем, что её сосватают Вадиму. Этот лысый малопривлекательный и не слишком культурный тип вряд ли мог заинтересовать кого-то всерьез, кроме сотрудников полиции. Да, внешность у него была, как у уголовника. А Олеся была эстетом, хотя всегда утверждала, что ценит в людях, прежде всего, душу. Но красоту внешнюю она ценила ничуть не меньше.
Она даже заметить не успела, как подруга уговорила её о встрече вчетвером. В страшном сне такое не привидится! Но это было наяву. И если посиделок в кафе Олесе удалось избежать. Она умышленно опоздала туда. То от встречи на остановке она не смогла отвертеться. Олеся снова оказалась в компании Вадима. Она старалась держаться поближе к подруге, будто просто проходила мимо. С петардами. Их, к её удивлению, предложил донести Петр. Она не стала ему в этом препятствовать. Он убрал их к себе в рюкзак, чем избавил ее от лишнего груза. Похоже, он не сильно разделял симпатию Кристины к нему или был просто галантен. В последнее Олесе мало верилось. Ей куда приятней было думать, что её подруге с ним ничего не светит. Такова расплата за сводничество.
Олесю же ожидала другая расплата – её квартира находилась в непосредственной близости от остановки. И если бы не Кристина, их спутники об этом никогда бы не узнали. Но никто так не подставит, как лучший друг. Посему Олесе пришлось принять у себя дома всю эту компанию. Просто она не умела отказывать, но уже понимала, что пора бы этому научиться. Но как обычно отложила это дело на потом.
В итоге в своей собственной квартире ей пришлось прятаться в туалете и не от кого-то, а прежде всего от своей бестолковости. (Если б от этого еще можно было спрятаться.) Ну и заодно – от гостей, сидящих у нее на кухне. Благо с ними находилась Кристина, которая хоть как-то могла их отвлечь. Сама же Олеся размышляла, как ей начать разговор с ними. Вернее, с Петром. Он мог что-то знать про Юлю. Да, Олесе хотелось действовать напрямую. Хорошо бы, конечно, так и спросить: «А вы не знаете случайно девочку Юлю? Её тут изнасиловали за кусточком. Вы в этом часом не участвовали?»
Вряд ли бы такой разговор заладился. Но даже если бы Олеся ни в чем их не обвиняла, чтобы они ей ответили?!
Они оба вполне походили на нормальных парней. Да, они были тусовщиками, и возможно, периодически выпивали, но это не делало их насильниками и убийцами. Впрочем, такие вещи на лбу ни у кого не написаны. Жаль, в наше время на лица не ставят клеймо. Это бы многое изменило. К примеру, девушки не стали бы знакомиться с подобными красавцами и скольких бы проблем избежали. Не все на свете девушки, конечно. Что тут скажешь!
Впрочем, Олесе приходило в голову всё, что угодно, кроме того, что ей было действительно нужно. И этот факт просто изводил её. Её голова буквально трещала по швам. Она уже ненавидела и Петра, и Вадима. И даже если бы они в итоге оказались святыми монахами, она бы в это ни за что не поверила. Не вызывали они у нее доверия. Возможно, потому что любили выпить. Вернее, именно поэтому! Её папаша тоже злоупотреблял спиртным, а бутылка водки, как известно, плохой товарищ – она быстро меняет людей. Из робких и интеллигентных они превращаются в буйных и злобных, не упускающих возможность попробовать то, на что не решатся по трезвости.
Но судить всех по своему отцу – так Олеся тоже не хотела. Неправильно считать их плохими. В школе одна добрая учительница говорила ей, что все люди хорошие. Хорошие, пока не покажут обратное.
«Что ж, – подумала Олеся, – пусть будет так».
И она решила ни о чем их не спрашивать. Она узнает всё в своё время. Не стоит торопить события.
Она просто культурненько их выпроводит, сославшись, что ей пора спать. Да, отмазка так себе. Особенно в пять часов вечера. Но достаточно просто быть убедительней.
И вот, наконец, Олеся решилась выйти из своего убежища. К её удивлению и облегчению парни уже собрались уходить. И подозрительно быстро спешили на выход. Олеся даже не успела с ними попрощаться.
«Вероятно, поняли, что им ничего здесь не светит», – подумала она.
