– Вы тоже! – главврач пристально посмотрел на Олесю, а затем поцеловал её в щеку. И губы Олеси непроизвольно потянулись к его губам. Она и сама не ожидала от себя такой вольности, а он и подавно. Никогда прежде она не вела себя так. У каждой нормальной девушки должен быть принцип не целоваться на первом свидании. Впрочем, у них же не свидание. Возможно, до настоящего свидания даже не дойдет (после такого-то!) Олеся будто знала это на каком-то подсознательном уровне и набросилась на главврача так, будто это их последний день на земле, а потом потоп, конец света или что-то в этом духе. Главврач сначала попытался остановить её, сомневаясь, что им стоит торопиться. На тот момент она и сама не знала: стоит или нет. Она делала то, что хотела и эти дала волю и главврачу. Он отнёс её в спальню на руках. Затем расстегнул на Олесе блузку. Его ладони скользнули ей под бюстгальтер. Он уже собирался снять с себя футболку, но что-то его остановило. Он отстранился от Олеси и под предлогом, что скоро вернется, ушел в ванную.
Олеся улеглась на кровать, но бой часов из соседней комнаты напугал её. Она невольно вздрогнула, а затем направилась в коридор.
«Чего он так долго?» – думала она, застегивая на ходу свою блузку.
Раньше Олеся считала чистюлей себя. Но куда уж ей до главврача!
Его квартира была настолько просторной и светлой, что там хотелось остаться навсегда. Три комнаты, кухня, ванная и даже кабинет – Олеся всё успела изучить за столько короткое время. Она бродила из комнаты в комнату, пока не добралась до кабинета, где уселась в красивое кожаное кресло, осматриваясь вокруг. Она не смогла удержать и открыла ящик стола, где обнаружила старые газетные вырезки. Она бы не обратила на них внимания, если бы не одно знакомое имя – Анна Семак. Глаза Олеси так и застыли на этом имени, а потом – на заголовке «МЕСТЬ НАСИЛЬНИКУ». Не доставая вырезки, она жадно бросилась читать их содержимое. От волнения она едва могла в чем-то разобраться. Одно ей стало ясно – Анна Семак погибла в автокатастрофе, врезавшись в машину главврача.
Теперь Олеся поняла, почему Семак забрала заявление из полиции – она хотела сама расправиться с насильником. Вот только судьба распорядилась иначе – девушка погибла, а вместе с ней еще и какая-то семейная пара, которую подвозил главврач. В общем, в той аварии умерли все, кроме него.
Олеся не могла поверить своим глазам. Она начала рыться в вырезках, будто надеялась найти в них хоть какое-то опровержение всей этой ужасной истории. Но найти его не удалось. Зато Олеся обнаружила на дне ящика своё резюме воспитателя. И на этом маленьком листке содержалась почти вся информация о ней, а главное, что там были её номер телефона и адрес. И в голове Олесе всё сложилось, как пазл – вот, кто ей звонил и преследовал её. Как же она раньше не догадалась.
Она схватила со стола мобильник главврача и быстро набрала смску Павлу:
«Я знаю, кто убийца. Жду тебя в заброшенном доме, в парке рядом с диспансером».
Затем она покинула квартиру своего несостоявшегося любовника.
Заброшенный дом, где нашли труп Вадима, оказался единственным тихим местом, в котором можно было укрыться от любопытных глаз. Олеся пришла туда и, расположившись на ступеньках, на лестничной площадке, принялась изучать вырезки из газет, которые украла у главврача.
Она внимательно вчитывалась в каждое слово, словно боялась пропустить что-то важное. Наконец, её взгляд сам остановился на строке: «Семья Никитиных, муж и жена, скончались на месте».
– Никитины, – повторила Олеся. Эта фамилия показалась ей очень знакомой. Ведь у Юли была именно такая фамилия. Никитина. Совпадение ли это? Возможно! Но Олеся почему-то не верила в случайности. Она продолжила читать статью:
«У погибших осталась трехлетняя дочь».
Олеся тут же принялась искать глазами дату публикации статьи. К счастью, дата была указана в верхнем правом углу страницы: 15 сентября 2004 года.
– Две тысячи четвертый год. Двенадцать лет назад. Юля умерла в две тысячи шестнадцатом. Ей было пятнадцать лет. Значит, в четвертом году ей было, – Олеся в ужасе для себя поняла, – три года!
Еще одно совпадение. Не многовато ли для одного дня?! Но даже если предположить, что главврач подвозил родителей Юли, то зачем? Откуда он мог их знать?
«Откуда? Откуда? Откуда? – вертелось в голове у Олеси».
Но никаких предположений по этому поводу не было. Чтобы успокоиться, она принялась листать страницы журнала посещений диспансера. Не зря же их распечатал Павел. Вскоре её взгляд остановился на фамилии: Лесовец. Вернее, на его подписи, которая была ей знакома.
«Где я могла её видеть?» – думала Олеся.
И тогда она вспомнила про доску почета главврача – про его многочисленные грамоты и сертификаты, которые он развесил на стене в своем кабинете. Там же Олеся видела его диплом, а в нем ту самую подпись напротив слов: председатель экзаменационной комиссии.
«Не может быть! Как я раньше не догадалась! Но что, если я не права?!»
