Стадо бизонов растянулось насколько хватало глаз, темные косматые силуэты сгрудились на желто-зеленой траве равнин. Животные выглядели мирно, только время от времени фыркали или ревели.
По оценкам Копа, в стаде было два миллиона бизонов, а может, и больше.
– Вам повезло, что вы их увидели, – сказал он. – Еще год или два – и такие стада останутся лишь в воспоминаниях.
Исаак нервничал.
– Где бизоны, там и индейцы, – сказал он и настоял на том, чтобы на ночь лагерь разбили на возвышенности.
Джонсона зачаровало равнодушие животных к появлению людей. Даже когда Штернберг отъехал и подстрелил антилопу на ужин, стадо едва отреагировало на это.
Но позже Джонсон вспомнил, как Каравай спросил Копа:
– Я распрягу фургон на ночь?
А Коп посмотрел на небо и задумчиво сказал:
– Этой ночью лучше не надо.
Тем временем антилопу разделали и обнаружили, что мясо ее кишит червями-паразитами. Каравай объявил, что едал и похуже, но остальные решили вместо мяса поужинать бисквитами и бобами.
Джонсон записал: «Я уже сыт по горло бобами, а меня ожидает еще шесть недель бобов».
Но все было не так уж плохо. Они ели, сидя на скалистом выступе рядом с лагерем и наблюдая, как бизоны окрашиваются красным, садящимся позади них солнцем. А потом, при свете луны, косматые силуэты и временами доносившееся издалека фырканье этих животных породили «впечатление величественной громады, мирно распростершейся перед нами. Таковы были мои мысли, когда я улегся, чтобы погрузиться в столь необходимый мне сон».
В полночь небо вспороли молнии, и опять начался дождь.
Ворча и ругаясь, студенты затащили свои спальные принадлежности под фургон. Почти сразу дождь прекратился.
Они ворочались на твердой земле, пытаясь снова заснуть.
– Черт, – сказал Мортон, принюхиваясь. – Что это за запах?
– Ты лежишь на конском дерьме, – ответил Жаба.
– О, господи, так и есть.
Все посмеялись над неудачей Мортона; ровный рокот грома все еще звучал в их ушах. И вдруг Коп побежал вокруг фургона, грубо их пиная.
– Встать! Встать! Вы с ума сошли? Подъем!
Джонсон вскинул глаза и увидел, что Штернберг и Исаак поспешно грузят лагерное снаряжение, швыряя его в фургон; люди все еще выбирались из-под повозки, когда она начала двигаться над их головами.
Каравай и Маленький Ветер кричали друг на друга.
Джонсон, со спутанными из-за дождя волосами, с дикими глазами, подбежал к Копу. В небе среди грозовых туч мчалась луна.
– В чем дело? – прокричал Джонсон сквозь громыхание грома. – Почему мы снимаемся?
Коп грубо отпихнул его в сторону.
– В укрытие, за скалы! Укрывайтесь за скалами!
Исаак уже подвел фургон к скалистому выступу, и Каравай боролся с лошадьми, которые возбужденно фыркали и пятились.
Студенты непонимающе уставились друг на друга.
А потом Джонсон понял, что громыхание, которое они слышат, – не гром. Это были бизоны.
Испуганные молниями, бизоны топали мимо людей плотной живой рекой, с обеих сторон обтекающей скалу. Всех щедро забрызгало грязью. Для Джонсона то было необычное ощущение: «Грязь покрыла нашу одежду, волосы, лица, и мы стали тяжелее, став похожими на бурильщиков за работой, а потом и вовсе согнулись из-за ее колоссального веса».
В конце концов они перестали что-либо видеть и только слышали гром копыт, фырканье и урчание, когда темные туши беспрестанно мчались мимо них. Казалось, это будет продолжаться вечно.
Стадо топало мимо них без перерыва в течение двух часов.
Джонсон очнулся. Все его тело ныло и закоченело, он не смог открыть глаза. Прикоснувшись к своему лицу, он нащупал корку грязи и отодрал ее.
«Меня приветствовал вид полного опустошения, – позже вспоминал он. – Как будто на нас налетел ураган или смерч. Куда ни посмотри, была только растрескавшаяся грязь, и наша несчастная группа прокладывала путь через нее. В том месте, где лагерное снаряжение защищала скала, оно уцелело, но все остальное пропало. Две палатки втоптали в землю так глубоко, что утром мы не смогли их разыскать; тяжелые котлы и кастрюли измяли и искорежили протопавшие по ним тысячи копыт. Там – изорванные клочки желтой рубашки, здесь – разбитый и погнутый карабин».
Все были крайне обескуражены, особенно Джордж Мортон, который как будто впал в глубокий шок. Каравай убеждал вернуться, но, как обычно, Коп был неукротим.
– Я здесь не для того, чтобы выкапывать из земли пустяковые пожитки, – сказал он. – Я здесь для того, чтобы выкапывать доисторические кости.
– Да, – сказал Каравай. – Если вы вообще до них доберетесь.
– Доберемся.
Коп приказал свернуть лагерь и выдвинуться.
Маленький Ветер был особенно мрачен. Сказав что-то Копу, он галопом поскакал на север.
– Куда это он? – встревоженно спросил Джордж Мортон.
– Он не верит, что на бизонов нагнали панику вспышки молний, – ответил Коп. – Он говорит, что такого с ними не бывает.
– Я видел, как такое бывало, – сказал Исаак. – В Вайоминге. Бизоны глупые и непредсказуемые.
– Но что еще могло их напугать? – все еще встревоженный, спросил Мортон. – Как он считает?
– Он считает, что слышал ружейные выстрелы как раз перед тем, как началась паника. Он отправился проверить.
