Зубы дракона. "Властелин мира" полностью

На рассвете 7 мая 1946 года между болотами дельты реки Ганг, вблизи небольшого местечка Чандпур, настороженно озираясь, продвигались два усталых человека в грязном и изорванном военном обмундировании колониального типа.

Ни бедственный вид путников, ни их лохмотья никого не удивили бы в Индии, где испокон веков господствуют нищета и голод. Они могли привлечь внимание только тем, что старательно избегали встреч с людьми и, сторонясь шоссе, упрямо продирались сквозь чащу, рискуя ежеминутно встретить одну из тех неисчислимых опасностей, которыми так богат экваториальный пояс.

И впрямь: шедший впереди рыжий человек вдруг отпрянул назад и, вытирая пот со лба, шепотом выругался по-английски.

- Что? - его спутник, молодой стройный мужчина, испуганно пригнулся и рывком протянул руку с пистолетом.

- РСобра! - бросил первый. - Будь внимателен, Чарли!

- Хватит, Майкл, - молодой выпрямился, брезгливо провел рукой по лохмотьям и показал на исцарапанные, покрытые ранами ноги. - Каждому и так будет ясно, что мы провели в джунглях по крайней мере недели две.

- Ты так думаешь, дитятко?! - рыжий Майкл насмешливо прищурил глаз и почесал подбородок. - Для Индии у тебя такой вид, словно ты совершил простую увеселительную прогулку. А профессор Сатиапал, говорят, человек очень осторожный. Нет, нет! Мы должны к ворогам его дворца приползти, - именно так, приползти, изнемогая от голода и усталости! - и лишь тогда они откроются перед нами. Ради этого не грех и пострадать.

Иллюстрируя свое утверждение, Майкл пошел напрямик через кустарник, острые шипы которого полосовали и одежду и тело.

Чарли поплелся следом. Путешествие давалось ему нелегко. Он оберегал лицо и руки, выбирая более удобную дорогу. Но это были напрасные усилия. Буйные дебри не оставляли прогалин, а коварная зелень трясины и нефтяночерная грязь болота только и ждали неосторожного, чтобы засосать, похоронить заживо.

Продвижение через джунгли забирало всю энергию. Путники шли молча, тяжело дыша. Наконец младший не вытерпел и, отчаянно выругавшись, сел на колючую кочку:

- Хватит, Майкл! Пора завтракать.

Старик остановился, пренебрежительно взглянул на спутника и примостился рядом с ним.

- Ну, завтракай! - он протянул руку и сорвал серозеленый скользкий гриб. - Прошу! Почти шампиньон. Очень вкусен, если зажарить в сметане.

- Майкл!

- Что, мой дорогой?

Чарли сделал такое движение, словно проглотил что-то большое и сухое, сплюнул густую слюну и с жадностью взглянул на солдатскую сумку в руках своего спутника.

- Беспокоит? - сочувственно отозвался старый Майкл. - Это никуда не годится!

Он вынул из сумки красочно размалеванную банку консервов, понюхал ее, повертел в руках и энергичным движением забросил далеко в болото.

- Хоть глоток рома, Майкл! В горле пересохло.

- Рома? Н-е-т! - старик извлек флягу и вылил на землю темную пахучую жидкость. - Ром вредно влияет на сердце, дитятко! Пел воду. Лучше всего из болота. Проживешь лот сто.

- К черту шутки! - разозлился Чарли. - Чего-чего, а чистой воды следовало прихватить. Ты что, хочешь, чтобы я заболел дизентерией?!

- О! Идея! - старик вскочил на ноги, как будто услышал что-то необычайно радостное. - В самом деле, это было бы чудесно!

- Ты что - сошел с ума? А не лучше ли, чтобы заболел ты?

- Мне не стоит, - лицемерно вздохнул Майкл. - Ты - молодой, видный, а я… Вот представь: в ранчо профессора Сатиапала появляется красавец-мужчина. Oн тяжело болен…

- Дизентерией?

- Да. Профессор Сатиапал замечает, что этот юноша очень похож на его сына, расстрелянного англичанами. Профессор… Ну, что ты уставился на меня? Разве тебе но хочется завоевать доверие профессора Сатиапала?

- Послушай, Майкл! - на щеках у Чарли обозначились тугие желваки. - Мне очень хочется тебя убить. Я вот прикидываю, не выйдет ли из тебя хороший бифштекс?

- Думаю, что нет, - примирительно ответил старик.- Я жилистый. К тому же, Чарли, у тебя нет огня, а ты, как "гомо сапиенс" - "человек разумный" - сырого мяса есть не будешь.

- Буду!

- Желудок испортишь, мой дорогой!