Бандитов я видел, четверо перебежками сближались с прачками, однако мой крик помог и те не раздумывая стали прыгать в холодную воду, а я упал на живот, закрывая голову руками. Один из бандитов, сообразив, что добыча ушла, со злости выпустил по мне с десяток пуль из потрёпанного АК-автомата. Ещё у одного бандита был такой же автомат, у двух других дробовики. На меня посыпался мусор, но как выстрелы стихли, я по-пластунски ушёл в сторону и побежал вглубь леса. Чуть в стороне послышался запуск мотора, однако от деревни уже бежали мужчины, у рыбаков точно было с десяток дробовиков и вроде даже АК-автомат, так что затеялась перестрелка. Длилась она недолго и ховер стал удаляться. А я осторожно вернулся на опушку. Там деревенские осматривали двух убитых бандитов, а молодцы, шустро среагировали, деловито снимая с них оружие и всё ценнее. Трое помогали вылезти из воды стиральщицам. Двое несли раненого в деревню, у кустарника ещё один местный лежал, похоже, убитый. Вот так, спас пять дур что по сторонам не смотрят, в результате погиб местный житель. Всё должно быть сбалансированно. М-да.
Вздохнув, я побежал за ховером. Лес густой, шалопаи из моего села вряд ли слышали выстрелы, далеко, так что могут нарваться. Как я не бежал, напрягая свои и так не большие силы, ховер всё равно двигался куда быстрее меня. Один раз я расслышал, что звук перестал удаляться и шум мотора был ровнее как будто машина стоит, но потом стала дальше удаляться. Грузовик я не догнал, но добежав до того места где тот стоял, осмотрелся и пройдя по следам обнаружил на обочине за деревьями одного из бандитов. Или сам от ран умер или добили, всё ценное снято. А вот ботинки почем-то были на бандите. Хорошие, отличные можно сказать, с ребристой подошвой и шнуровкой. Помучившись со шнуровкой, я снял обуви и, связав её между собой, закинул на плечо. Тут за спиной раздался шорох, и я подпрыгнул, оборачиваясь и выставляя вперёд своё единственное оружие, нож. Это оказались ребята, которые частично должны были погибнуть в этих местах, частично выжить. Все шестеро были.
— Эй, малой, ты что тут делаешь? — удивился старший, его звали Чириком, он погибать должен был. Жил через два дома от нас, и отлично меня знал. В принципе остальные тоже. А малой это клички всех кто младше их возрастом.
— Бегал к рыбацкой деревне, хотел силки поставить. Видел, как бандиты к женщинам на мостиках подкрадываются, скрасть хотели. Я заорал, бандиты по мне стрелять начали. А тут деревенские прибежали. Стреляют, я спрятался. Потом за машиной бандитов побежал. Они тут останавливались, посмотрел, и бандита убитого нашёл. Вот, ботинки снял, отцу отдам.
— А зачем за машиной-то бежал? — удивлённо спросил Чирок.
Труп лежал за дорогой, в небольшой низине, и они его не видели, а тут подошли и осмотрели.
— Так а вдруг они к нам в село поехали?
Парни переглянулись и сломя голову побежали обратно в село. Посмотрев им вслед, я перевёл дыхание и направился в сторону от дороги. Теперь можно не спешить, самое худшее позади. Силки действительно были с собой, почему бы их не поставить? Тем более наша ребятня в основном силки вокруг села ставят, так что тут больше шансов что-либо поймать. Покрутившись вокруг, я нашёл следы лесных кролей, и поставил два силка у входа в густые кустарники, те обычно там отсиживаются. После этого я отошёл подальше и присел. То, что парни бросили меня одного так далеко от села, километров шесть будет, особо не волновало ни меня, ни их. Любой малец из детей охотников чувствует себя в лесу как дома. Даже старики не припомнят, чтобы кто-то из ребятни заблудился, правда и науку охотничью вбивали крепко.
Вернулся домой я под вечер, с двумя тушками кролей на плече. Причём живыми кролями со спутанными лапами и мордами. Горазды же они кусаться. Такая дичь может храниться несколько дней, знай подкармливай, а когда нужно забил, разделал и готово блюдо из свежего мяса. Жаль толкьо что в неволе они не размножаются. Живая дичь на самом деле редкость, так что на окраине меня сельчане встречали одобрительными возгласами и похлопываниями по плечу, некоторые просили показать добычу. Один кроль был крупным, под три килограмма, а другой меньше, полтора. Честно говоря, это только у села я их на плечо закинул и пошатываясь нёс, а по лесу волоком тащил. Не для моих малых сил тащить на себе такую тяжесть. Вон всю воду выхлебал, пока их пёр.
