Змейка тоже прилетала при первой возможности, открыв для себя невообразимую ранее прелесть полуночных доверительных бесед с близким человеком. В одну из таких ночей, уютно устроившись под боком Джейи, она попросила рассказать ей о Магдусе Винду. Быть может, интерес возник из увлеченности девочки Орденом джедаев, а может, она просто хотела сопоставить с ним папу. Результат получился совершенно неожиданный. Через некоторое время Джейя поняла, что Змейка завела себе в лице этого действительно незаурядного человека нового кумира, перед лицом которого поблекли даже героические пилоты эскадрильи, одолевающие космических злодеев одним чохом. Бедному папе не везло на всех уровнях...
Но сдаваться он не собирался. Пояснение Джейи о том, что для магистра Скайуокер новый брак невозможен в принципе – даже в случае достоверных сведений о гибели Магдуса, – до него не доходило.
- Ты хочешь сказать, что моя личная жизнь закончилась? – помолчав, тихо произнес Ведж. – На ней можно ставить крест?
- Странно, что ты это не заметил, но я уже четырнадцать лет как не творец твоей личной жизни. И произошло такое исключительно по твоему желанию! Я только всеми силами старалась не мешать тебе в поисках твоего идеала, – ровным тоном ответила Джейя. – А ты действительно хорошо искал?
Ведж долго молчал. Потом ответил короткой, по-детски беззащитной улыбкой:
- Совсем не искал… Похоже, тебе в это трудно поверить… но со дня нашей первой встречи на Эндоре, когда любовь вошла в мое сердце и заполнила его собою до боли, до предела… я каждое утро просыпался с мыслью, что ты есть… и каждое утро ждал твоего прихода в мой день, как ежедневно ждут рассвета после ночи… последние десять лет – уже совсем безо всякой надежды… но перестать ждать тебя я не в силах… потому что ТЫ – ЕСТЬ!..
Джейя промолчала.
Он помотал головой:
- Моя вина… и моя беда… что я любил тебя слишком сильно, и это довело меня в свое время до безумия. Никто не мог оказать мне тогда помощь или дать совет, как вести себя в том адском треугольнике! Я перестал контролировать ситуацию… всё, что ни делал – только усугубляло… Это было по-настоящему чудовищно! Внутренний голос говорил мне: ты должен найти мужество и силы отпустить её, ты не справляешься, он сильнее тебя, ты все равно не удержишь её… так хоть уйди, оставаясь мужчиной и человеком! Я не мог выносить даже мысли, что ты принадлежишь уже не только мне, но и ему, потому он крепнет и наглеет… В безумной попытке хоть как-то владеть ситуацией я разрешил тебе встречаться с ним... будучи почти уверенным, что ты уже это делаешь... но так хоть с моего разрешения... чтобы максимально унизить его... И, совершив это, я потерял и последний покой, и последнюю надежду на чудо – на то, что, может быть, ты этого и не делаешь... после чего рухнул уже в полное безумие, почти возненавидев ту Джейю, которая надругалась над моим доверием, честью, любовью, предала меня снова, обрекла повторно на дикую, непереносимую боль…
- Самое простое и умное, что тебе тогда следовало сделать, это поговорить со мною откровенно, – устало ответила Джейя. – В две фразы я разрешила бы все твои сомнения. Но на разговоры ты тогда не шел, предпочитал кипеть-вариться в собственном самолюбии. Которое у тебя всегда было на градус горячее, чем любовь ко мне! Тебе ничего не сказало даже то, что я-то не мечусь, выбирая между вами, что я спокойна, владею и собой, и ситуацией. На самом деле у Магдуса в тот период не было никакого шанса получить меня (что он отлично знал!), кроме как если бы ты сам, собственными руками, отдал меня ему. Что ты и сделал с точностью до! Он был мой друг, он был мой брат, очень дорогой мне человек, да!.. но единственным мужчиной, которого я хотела, который был мне нужен, оставался ты. Если бы ты доверял мне, ты мог бы преспокойно ходить мимо него, задрав нос и любуясь тем, как он кусает себе локти!
