Ох и яркий! Сразу видать: не одна свеча, не две – добрая дюжина горит в тяжелом бронзовом канделябре. Дорогие свечи: длинные, толстые, из чистого воска отлитые. Такие всю ночь гореть будут – и до половины не сгорят. Уже по этому понятно – обеспеченные люди в комнате живут, раз такое себе позволить могут. Да и сама комната не из дешевых, а гостиница и вовсе – третья во всём городе. Дом большой, трехэтажный, каменный, богато деревом резным украшенный, дорогой муравленной черепицей крытый. Внутри – тоже дерево отполированное, душистым воском натертое; бронзовые светильники на стенах начищены так, что глазам больно; лестница – сплошь деревянное кружево, непонятно как в воздухе держащееся, ковровой дорожкой застеленное; в зале – тоже ковры: и на стенах, и на полу; колокольчик дверной – и тот из чистого серебра отлит! Всё в гостинице хорошо, вот только название подкачало. Почему? А где ты, сударь мой, алмазные шпоры видел. Это как же надо лошадей не любить, чтобы такие к сапогам прицепить?!
Впрочем, нашего хозяина сей факт не смущает нисколько. Может, потому, что он – купца богатого наследник, не желавший по стопам папенькиным пойти, шпоры эти отродясь не надевал. Зато знает наверняка – алмаз золота куда как дороже и блестит ярче. Ну и опять же, от золота этого в названиях деваться некуда, всё сплошь золотое – от тарелок до поросят! И что? А ничего! Попробуй-ка, удержи эдакого «Золотого поросенка» надолго в памяти. То-то. А прознеси-ка «Алмазный поросенок»? Правильно, и того хуже. Вот поэтому и «шпора», поэтому и «алмазная». И красиво, и звучно, и запоминается хорошо. Внушает, одним словом. А раз внушает, то нечего тут зубоскалить! Нужна комната – пожалуйста, нет – проваливай! Ишь, ходят тут всякие… критики…
Посреди комнаты со свечами – большой дубовый стол. Глянь-ка, и впрямь дорогая комнатка: на столе – скатерть. Белоснежная, тяжелая от крахмала. И цветы опять-таки в красивой вазе глиняной, почти что новой. Подумаешь, чуть-чуть горлышко отбито! Не выбрасывать же из-за такого пустяка хорошую вещь. Она, между прочим, восемь медяков стоит. Ну ладно, ладно. Семь. Семь, говорю! Где ты сейчас такую красоту за пять купишь? Ну и что, что видел! Сам же говоришь: у сельского гончара. В городе, тем более в таком большом, как наш славный Лайдор, жизнь завсегда дороже. Вон даже цветы жена хозяйская сама выращивает на заднем дворе, чтобы лишний раз не тратиться. И хорошие, между прочим, цветочки. Свежие, ароматные, только сегодня срезанные. Что говоришь? Согласен, согласен. Само собой, роскошь и излишество. Только у них, у богатых, свои причуды. Хочет цветочки понюхать – пусть нюхает на здоровье, нам не жалко. Они, между прочим, как и эта скатерть, в стоимость комнаты входят.
А денег у них полно. Тут не серебром – золотишком пахнет – точно говорю. Тот, что с бородой, у них за главного. Богатый – ужас, а говорит как! Будто ты не человек даже, а так – пыль мелкая под сапогами. Да я и сам не слепой, важного человека в любой толпе различу. Этот-то, поди, к одному из Высоких Домов принадлежит. Точно, кажись, я его в том месяце в свите самого Невора видел. Да чтоб мне с места не сойти! Или Невора, или Деметрия. Или еще кого-нибудь из Дома Стоящего Льва… Ну, да не важно! Ты лучше сюда слушай: тот, что второй – его еще Фрэнком зовут… ну да, который вечно в шлеме. Я его давеча на улице встретил, а рядом шел – ни в жизнь не поверишь – сам Делонг! Ну, спросил! Какой у нас Делонг в городе? Да, тот самый. Нет, не почудилось. Да чтоб у меня язык отсох, если вру! И так они по-приятельски беседовали, что я сразу понял: ох, не простые постояльцы. Тут у них еще третий есть, Кольна. Нет, тот свой парень, простецкий. Так он мне как-то за стаканчиком рассказал, что его хозяин – о-го-го какой человек, а Фрэнк этот – его телохранитель. Ух, говорит, и рубака! Человек сорок на тот свет отправил. Или пятьдесят. Конечно, приврал, я и сам понимаю, а всё же, как я после этого на телохранителя гляну – мороз пробирает. Почему-то кажется, что он вот-вот меч свой выхватит и… Душегуб, одно слово – душегуб. А может, и в розыск объявлен. Я лишку хватил? Ты его хоть раз без шлема видел? Вот именно, и я нет. А к чему, спрашивается, честному человеку лицо прятать? То-то… Не-ет, раз ты такой умный да смелый, то сам и доноси. Ты что же думаешь, важный и богатый господин своего доверенного человека откупить не сможет? Что? Как господина зовут? Погоди, дай вспомнить… То ли Ларик, то ли Урик… Вот ведь, совсем из головы вылетело! Ну да не беда. Вот Кольна вернется, напомнит. Кстати, что-то его долго нет. Они обычно весь день в городе пропадают, по делам, но вечерами все вместе собираются.
А что, если нам в щель дверную заглянуть? Интересно же, как там богатые живут. А и заметят – скажем, что показалось, будто зовут нас, или что еще придумаем. Долго ли?
