Он вздохнул и нежно обхватил мою руку чуть выше запястья, однако не остановил меня. Далее мои руки спустились ниже, я провела кончиками пальцев по его теплым губам и гладко выбритым щекам. Я знала, что Макс брился утром, но его кожа все равно немного кололась.
Лицо Пауэлла не похоже на множество лиц хоккейных игроков. Это я заметила сразу. У него полный комплект зубов, нет шрамов и ровный нос.
– Твой нос не ломали? – спросила я, всерьез заинтересовавшись этим вопросом.
Макс распахнул глаза. Голубые радужки были наполнены смятением и весельем.
– А ты хотела бы этого? – спросил он.
– Нет! Я не хочу этого. Просто так странно. Твое лицо идеально.
Он покачал головой.
– Оно вовсе не идеально, но нос у меня цел.
– И шрамов нет?
– Не-а.
– Получается, помимо каких-то травм плеч и ног ничего не было? – спросила я.
Зверь задумался.
– Однажды мне клюшкой попали в глаз. Потекла кровь, и глаз казался кроваво-красным, – спокойно рассказал он.
– О боже! – воскликнула я, прикрывая рот руками.
Он рассмеялся и накрыл мои руки своими, осторожно убирая их от моего лица.
– Медицинский работник быстро помог мне. Оказалось, что повреждены были только веко и область под бровью, глаз был в полном порядке, не считая парочки лопнувших капилляров.
– Не понимаю, что здесь смешного?
– Мой соперник сделал это специально, но я вернулся в третьем периоде и даже с огромной гематомой вместо глаза выиграл ту игру.
Ох, черт.
Теплая волна медленно опустилась к моему животу, заставляя меня снова желать мужчину подо мной.
– Это возбуждает, – прошептала я, легко касаясь его губ своими. Макс затянул меня в поцелуй, его язык резво ворвался в мой рот. Я застонала, чувствуя, как он твердеет подо мной.
Одна его рука легко коснулась моей груди, призрачно, словно играючи, проводя по ареоле большим пальцем и сжимая затвердевший сосок. Я выгнулась, подаваясь навстречу его ленивым ласкам. Наш поцелуй становился все более развязным и горячим, когда его пальцы пробрались в мои трусики и коснулись меня там, где давно было влажно и жарко, я отстранилась и застонала.
– И каждый раз, когда я буду видеть тебя на льду, буду думать о том, как снова смогу оседлать тебя, – прошипела я, когда два его пальца скользнули в меня. – Боже, Макс. Понимаю, почему фанатки так взбудоражены, ты неотразим.
– Ты льстишь мне, – прорычал он, с неподдельным обожанием наблюдая за моим лицом: приоткрытыми губами и виновато изогнувшимися бровями, пока его пальцы двигались во мне.
– Я даже приуменьшаю, чтобы ты совсем не зазнавался.
Резким движением он разорвал на мне трусики и отбросил их в сторону. Кажется, его раздражала моя болтовня.
– Прости, затыкаюсь, – простонала я. Макс крепко стиснул мои бедра, я медленно опустилась на его член. Он чертыхнулся и, обхватив мой затылок, поцеловал меня так властно и уверенно, что у меня моментально закружилась голова.
– Нет, я хочу слышать тебя, Утконосик, хочу, чтобы ты говорила, – ответил он, начиная двигаться внутри меня. От одной его фразы я покрылась мурашками. Это полностью обескуражило меня. Он ведь не выносит чужой болтовни.
– Давай, двигайся, Митчелл. Чувствуешь, как он растягивает тебя?
Я вцепилась в его плечи, повинуясь ему.
Как же, мать его, хорошо.
Макс был страстным и нежным одновременно. Насаживал меня на себя быстро, глубоко. Но его руки постоянно гладили мою спину, сжимали талию, а губы не отрывались от шеи и лица. Он целовал меня, покусывал и сразу же зализывал все покрасневшие местечки.
Грубость и холодность были в прошлом. Мало кто знал такого Макса Пауэлла. Огромный, устрашающий, под два метра ростом хоккеист. Он мог напугать любого одним взглядом. Он практически не улыбался и предпочитал избегать разговоров. Но со мной в эту ночь он был ненасытным, но нежным зверем.
После нескольких часов сумасшедшего секса мы, полностью измотанные, оказались в его постели. Макс прижал меня к себе, утыкаясь носом в мою влажную от пота шею, мы оба даже не позаботились о том, чтобы принять душ. Не знаю, что творилось в его голове, но про себя могу сказать, что не хотела смывать его запах с кожи, мне хотелось раствориться в нем.
Когда он уснул, я тихо выскользнула из постели и спустилась на первый этаж попить воды. Вернувшись, остановилась у постели и залюбовалась Максом. Свет из окон огней ночного города падал на его лицо и неукрытую мускулистую грудь. Во сне он не выглядел угрожающе, а скорее наоборот – он смотрелся мило. Передо мной был не грозный большой зверь, передо мной был… ежик.
Я усмехнулась, замечая его взъерошенные волосы и вспоминая о колючках, которыми он любил окружать себя.
– Да, именно ежик, – улыбнулась я, собираясь уже присоединиться к нему под одеялом. Но внезапно экран его телефона включился. Максу пришло сообщение.
Не важно. Это не твое дело.
Но телефон был так близко ко мне, и я уже заметила, что сообщение пришло от неизвестного номера, оканчивающегося на три восьмерки. Это номер Ди, его бывшей, я запомнила в прошлый раз.
