В ответ молчание.
Кажется, его сильно задели мои действия.
Еще бы! Я ведь выбрала вечер с Дарреллом и мамой как раз тогда, когда он подтвердил, что мы пара.
– Ты был в душе, собирался спать? – спросила я.
Снова молчание.
Он старательно делал вид, что смотрит матч по телевизору. Так он вел себя в те дни, когда я только появилась в «Скале». Холодный и отстраненный, незаинтересованный во мне. Но сейчас я знала, что все это лишь фасад.
Я убрала руку с его шеи, затем схватилась за края свитера и стянула его с себя, откидывая в сторону. Он слегка повернул голову, скользнул взглядом по моей груди в кружевном полупрозрачном лифе, зрачки его расширились от увиденного.
– Жарковато, тебе не кажется?
Он не ответил.
– Ладно, – пожала плечами я, а затем опустилась на пол и расположилась между его колен. Мои руки стали гладить крепкие бедра, так и не поднимаясь выше. Я чувствовала, какой горячей была его кожа даже сквозь тонкую ткань домашних штанов.
Дыхание Макса потяжелело. А когда я коснулась его пресса, царапая каждый мышечный кубик, он напрягся и схватил меня за плечи.
– Что ты делаешь? – хрипло спросил он.
Хватило всего пары секунд моих прикосновений к его телу, чтобы весь его барьер, самоконтроль и холод стали трескаться и распадаться в пыль.
Я улыбнулась краешком губ и взглянула на него исподлобья.
– Извиняюсь, – пожала плечами я. Затем взяла резинку для волос с запястья и стянула волосы на затылке в хвост. – Я знаю, как ты любишь мои волосы, но сейчас они немного будут мешать.
– Тебе не нужно извиняться, – заторможено ответил он.
– Ты ведь хотел, чтобы я уважала себя и делала то, что нравится мне, не так ли?
Я стянула с себя бюстгальтер, моя грудь моментально покрылась мурашками, а соски затвердели, приковывая к себе все внимание Макса. Он тяжело сглотнул, не отрывая взгляда от моей наготы. Я поднялась и быстро стянула с себя джинсы, оставаясь в одних трусиках.
– Да, – выдохнул он.
Приблизившись к его прессу, я начала осыпать поцелуями теплую кожу, пальцами поглаживая местечко над резинкой штанов.
Макс уже не пытался делать вид, словно ему не нужно это, словно ему не нужна я. Все было написано в его глазах, потемневших от вожделения. От каждого моего поцелуя его пресс напрягался, а выпуклость в штанах становилась все больше.
Мне хотелось увидеть его всего. Сейчас же!
Я потянула резинку штанов и приспустила их вместе с боксерами. Он помог мне избавить его от одежды полностью. Я немного отстранилась, села на пятки и нетерпеливо оглядела его обнаженного, ведь до этого мне не удавалось как следует рассмотреть его тело.
– После известия об изменах Даррелла я была у врача, я здорова, просто к сведению.
Он кивнул:
– Я тоже чист.
Макс был прекрасен, напоминал мне что-то внеземное. Даже и не знаю, видела ли когда-нибудь таких идеально сложенных мужчин. Светлая кожа скрывала под собою огромные перекатывающиеся мышцы. На его рельефном животе не было ни грамма жира. Бедра были большими и твердыми как камень.
Мой живот давно скручивало в спазме желания. Приходилось сжимать ноги, чтобы хоть немного облегчить эту пульсацию внизу. Его член был в полной готовности, твердый, большой, оплетенный крупными венами. Головка стала темно-розовой, и на кончике выступила капелька смазки. Я обхватила его рукой, большим пальцем надавливая на головку, растягивая жемчужную влагу.
Макс зашипел. Его рука нежно коснулась моего лица. Взгляд скользнул по моей груди и заискрился от восторга и удовольствия.
Губами я обхватила головку члена, а рукой заскользила по длине.
Он хрипло выдохнул и откинул голову назад, но потом снова взглянул на меня, словно не хотел пропустить ни секунды шоу.
– Что я там говорила насчет твоих яиц? – усмехнулась я, проводя языком от основания его члена до кончика, слизывая еще одну капельку смазки.
– Тебе понравились мои яйца, – задыхаясь, выдал он.
Я ускорила движения руки, а языком прошлась по тугому мешочку в основании его члена. Пресс Макса содрогнулся от удовольствия. Его бедра качнулись, и он толкнулся в мой рот.
Какой нетерпеливый мальчик.
– Да, мне определенно нравятся твои яйца, Макс, – сказала я, снова обхватывая его губами и посасывая твердый член, лаская и распаляя его сильнее. Мои глаза неотрывно следили за его лицом. Я тоже не желала упускать ни одной его эмоции. Хотелось как следует взбудоражить его тело и взорвать мозг, чтобы после он и не вспомнил, из-за чего между нами было напряжение этим вечером.
Макс невероятно ощущался на моем языке, его вкус, мускусный запах его кожи и геля для душа – я наслаждалась каждым мгновением рядом с ним. Сладкая боль внизу моего живота стала совсем невыносимой. Мне казалось, что если я не притронусь к себе, то умру. Поэтому через секунду моя рука проникла в трусики и коснулась разгоряченного влажного нутра. Я замычала, сильнее сжимая губами Пауэлла и ускоряя движения языка на нем.
