Судя по всему, графу ан Эссену крупно повезло. Он не оказался раздавленным лошадью и не свернул себе шею. Не было его и в числе последних жертв, убитых чудовищем. К тому же Зверь не знал нужного запаха, чтобы не потерять след. Запах крови перебивал остальные, делая незаметной тонкую цепочку отпечатков копыт, отделившихся от общей вереницы. Найти след одной единственной нужной клячи оказалось сложнее, чем думалось изначально. Куда же конь занес своего всадника? А если враг спрыгнул с лошади и теперь бродил в лесу пешим? Оборотень не сходил с пути, снова встал на след, надеясь подметить то, что упустил в первый раз. Нужно быть внимательнее и немножко хитрее. Не стоило терять время.
Могучий, густой вой раскатился по лесу. Волки завывают не так, пусть звук был и похож на их песнь. Оборотень дал знать о своем присутствии, надеясь вызвать в противнике чувство страха. Зверь звал графа к себе и дал ему шанс выйти из укрытия для последней схватки… или же совершить глупость. Даже если человечишко смог выбраться из леса, то наверняка услышал бы голос не побежденного чудовища, приглашающий повторить их встречу как можно скорее. Зверь прислушался, но лес не отвечал. Тогда вой повторился. Дольше, громче и протяжнее, добавляя еще несколько нот в свою зловещую песню. Тварь сидела прямо на дороге и завывала в ночи, продолжая насмехаться над живыми и умершими. А благодаря отголоскам эха, звуки рассеивались в воздухе, делая людоеда похожим на страшного лесного духа, который мог бы оказаться где угодно. Даже за спиной.
Опираясь на дерево, Эарвен сделала несколько шагов к брошенной на землю тяжелой палке, которую девушка вновь подняла с земли. И как только ее пальцы коснулись шершавой поверхности импровизированного посоха, новая волна страха едва не сбила ее с ног.
Эарвен услышала жуткий вой, топот копыт, треск веток и громкие шорохи. Воображение говорило ей: единственный зверь, который мог издавать подобные звуки в этом лесу был чудовищем. Эарвен замерла, прикрыла глаза и вдохнула тяжелый воздух, наполненный запахом разложения и смерти. Пальцы юной графини осторожно сжали палку, подавляя внутреннюю дрожь. Ладошки вспотели, а липкий страх не отпускал. Однако звуки вскоре отдалились и девица вновь осталась наедине со своими страхами. Ей стало ясно, что нужно продолжать двигаться вперед и найти себе укрытие понадежнее. Ничего лучшего, чем попробовать забраться на одно из деревьев Эарвен придумать наскоро не смогла, так что этот план показался ей неплохим. Возможно, так она сумеет переждать ночь, пока чудовище не уйдет обратно нору, откуда явилось.
Осмотревшись вокруг, полуэльфийка увидела забрезживший меж деревьями свет. Выходить на открытое пространство было не лучшей затеей, но Эарвен все равно поспешила туда, стараясь ступать как можно тише. А вдруг ей удалось дойти до опушки? Что, если это было спасением? Тогда ей, возможно, посчастливилось выжить.
Но, несмотря на все ее огромное желание, надежды дворянки не оправдались. Чем ближе она подбиралась к просвету в темном скоплении деревьев, тем яснее понимала, что добрела не до края леса, а оказалась у зловещей поляны. В центре мрачной прогалины росло лишь одно старое, жутко искривленное дерево, около которого взгляд выцепил силуэт сложенных камней. Конструкция напоминала очень грубо сбитый жертвенник. Это место как будто бы обступил лес, не решаясь вторгнуться во владения неизвестной силы.
«Святилище? Здесь?» — удивилась Эарвен.
Единственное подходящее место, что пришло на ум девушки — это таинственный алтарь Хозяйки Леса, о которой среди людей ходили зловещие слухи. Эарвен несколько раз говорила с возлюбленным об этой ведьме, но они ни разу не решались пойти и поискать жертвенник. Тайна этого места потянула девушку к алтарю и вскоре юная полуэльфийка оказалась у скромного святилища. К ее удивлению, капище не выглядело совсем заброшенным. Камень замшел лишь частично, на плите стояла запечатанная бутыль, рядом лежал окровавленный нож и несколько куриных тушек с отделенными головами. Видимо, кто-то здесь был совсем недавно. Эарвен подавила первое желание взять в руки бутыль и напиться влаги, чем бы та ни была. Если верить легендам, никогда нельзя осквернять святилища.
«Они верят в нее. Может и меня эта сила защитит?» — подумала беглянка, остановившись напротив жертвенника.
На необработанной плите девушка заметила вырезанный круг, а по разные стороны от него — изображения полумесяцев. Эарвен без труда поняла, что рисунки символизировали лунный цикл от молодой луны до старой. Между деревом и алтарем стояла деревянная фигура идола — обнаженной женщины, протянувшей руки к Эарвен в приглашающем к алтарю жесте. Ладони смотрели вверх. Разглядеть больше мешало слабое освещение сумерек, но не было в этом месте никакого изыска. Место поклонения неведомому божеству было собрано грубо, руками самих мещан. Слухи говорили, что есть в лесу тайная тропа, которая ведет к Хозяйке. А если ведет, так, значит, и выведет обратно.
