Бет схватила костыль. Он был монолитным. Тяжелым. Холодным. Лучшим из всего, что она когда-либо держала в руке. Бет решила: если он поможет ей выбраться отсюда, она назовет в честь него свою машину. Свою первую любимицу. Черт, да она назовет в честь него даже детей!
А что? Коста! Коста младший. Коста Третий.
Дед научил Бет основам плотницкого дела – как сколотить полки и сделать из них шкаф, как прикрепить каминную доску, как повесить дверь и многому-многому другому. Вот откуда она знала: раз не получалось взломать замок на двери ее темницы, можно было попытаться снять ее с петель, воспользовавшись костылем как рычагом, чтобы выдавить штифты.
Стоит только это сделать, и дверь слетит!
Когда Бет принялась реализовывать свой план, штифт из верхней петли выскользнул как по маслу.
Но на верхнюю петлю приходилась наименьшая нагрузка.
Со средней пришлось повозиться гораздо больше. У Бет ушло на это несколько часов, но, наконец, ей удалось выбить штифт и из нее. Оба штифта она снова ставила в петли и теперь взялась за третью, последнюю петлю, ближайшую к полу. Бет испытала неподдельное облегчение, обнаружив, что ни одна из петель не заржавела в такой влажной среде. Но попотеть ей пришлось изрядно: Бет то и дело разминала лодыжки, приседала и вставала, разгоняя кровь в конечностях. Готовясь к финальной схватке.
Он больше не застигнет ее спящей.
И этот раз будет последним, когда она увидит его гнусное лицо живым. Потому что костыль раскроит его череп. Этот гад и не заметит, как костыль нависнет над ним. Потому что Бет прижмется к стене справа от двери, прыгнет на него из засады и обрушит на его башку эти двенадцать сантиметров стали с такой силой, что выбьет из нее глупые, злые мозги.
Пот уже полился по лицу и спине Бет, склонившейся над последней петлей, когда она услышала над головой шорох.
Его появление было лишь делом времени.
Я выскользнула из нашего подвала, тихо притворила за собой дверь. Затем включила фонарик и побежала по тоннелям прямиком в «Обитель привидений», сквозь холодную сырую тьму. Отперла ключом дверь в подвал Нильсона и ринулась внутрь.
– Джуни! – крикнула я.
Это Эд был виноват в пропаже Джуни. Я чувствовала нутром. Но мне нужно было убедиться в непричастности шерифа.
Если Джером Нильсон был дома (а я не думала, что он дома), у Джуни все же было время выкрикнуть мне в ответ. Но никто не откликнулся на мой зов. Подвал Нильсона был пустой. И прибранный – не просто прибранный, а очищенный от улик. Я подбежала к кладовке, распахнула дверцу. И тут ничего. Только печка, водонагреватель да коробка с рождественскими гирляндами и елочными игрушками. Я взлетела по лестнице в дом шерифа, обежала весь первый этаж, открывая все двери подряд, потом кинулась на второй, осмотрела все там.
Дом был пуст. Джуни в нем не было.
Я поспешила обратно на первый этаж с такой скоростью, что тело перевесило, ноги заплелись, и, скатившись кубарем по оставшимся ступенькам, я тяжело приземлилась на правое плечо; таблетки загремели в пузырьке при ударе сумки о пол. Я вскочила на ноги, потерла ушибленное место. И выбежала из дома через входную дверь, не потрудившись захлопнуть ее за собой. А оказавшись на улице, помчалась пулей к нашему дому, не обращая внимания на горячий, влажный воздух, обжигавший мне легкие.
Как хорошо, что я оставила велосипед у задней двери! Мне не пришлось забегать на крыльцо, рискуя попасться на глаза агенту Райану. Запрыгнув на удлиненное банановидное седло, я погнала своего двухколесного коня к каменоломням.
Я должна была это сделать.
К его шагам – а Бет не сомневалась, что это были его шаги, – присоединились чужие. Она насчитала по меньшей мере четыре разных типа походок, и одна из них, несомненно, была женской. Как и голос, настолько высокий, что он показался ей детским.
Бет устала ждать его появления. Она вжималась в стену, стискивая в руке костыль, вытирала грязным рукавом пот, проступавший на лбу, выпрямляла ноги и снова садилась на корточки. А он все не переступал порог ее темницы. Пришло время присоединиться к этой вечеринке, но Бет пока еще не могла выйти наружу. Последняя петля доставила ей больше хлопот, чем она ожидала.
У ее ног моргнула лампа. Бет экономила керосин. Но его осталось лишь на несколько минут. Бет могла выбить штифт из последней петли и в темноте, но это стоило бы ей еще больших усилий. Ей следовало придумать более эффективный план.
Бет посмотрела на штифты, которые уже вытащила из петель и снова вернула на место на случай его преждевременного прихода.
«Ну конечно!»
