Поднявшись по лесенке во внутреннюю часть замка, вся толпа, затаривалась какими–то безделушками и магнитами в расположенном там сувенирном магазинчике. После чего посидели, поболтали ногами, рассматривая развевающийся над замком флаг с гербом, под огромным дубом, возможно ясенем, или местной австрийской секвойей, как вам больше нравится, растущей в центре внутреннего дворика. Как только внутренний голос прошептал, что очередь подходит команда рысью отправилась в сторону кафе.
Созерцая расположенные внизу окрестности, потребляя замечательное холодненькое пивко и закусывая не менее замечательным блюдом — «колбаски с кислой капустой», чувствуешь себя полноценным человеком, а не вошью какой–то. Рядом усиленно разрабатывали челюсти мои не худенькие дружки.
Около очереди уныло ходил знатный писатель на футбольную тему Игорь Рабинер. Я тут же подскочил к нему и доложил, что с удовольствием прочитал все его книги — «как эту команду убивали, как ту, и сиквелы и про сборную тоже». Он обрадовался и спросил как первый матч. Я ответил, что пока всё как в его книгах, то есть жопа, но надеемся на лучшее, а лучшее в этой сборной сделано в Голландии. На том, довольные друг другом, и разошлись. Вернувшись к пиву и капусте я заметил, что внутренне успокоился за результат вечернего матча. Перекидываясь остротами на смеси русского и английского с соседним греческим столиком весело пролетало время до матча, пока весело!
Группы болельщиков с каждым часом веселели на глазах, шумно становилось в замке, пиво лилось рекой. Доходное тут у местных коммерсантов местечко. Ну пора и честь знать. В Фан–зоне концерт обещали для русских, и спускаться это вам не в гору переть. Куда идем мы с пятачком — под гору мы идем.
Или лифт уже починили, или народу тяжко лезть в гору своим ходом. Пока мы спускались, навстречу попадались лишь редкие группы туристов. Быстро слетели с горы, раз и уже в городе. Правильно, что я олимпийский чемпион по ходьбе что ли, нарезать круги, да ещё в гору.
— Надо же, надо же, надо ж так было случиться, надо же, надо же, надо ж так было спуститься — пропел я делая последний шаг под горку и встав в центре улочки, ведущей в Фан–зону.
— Надо бы не п-ть, а идти на концерт — грубо подтолкнула нас вперёд Лида. Сразу видно русская баба, ни тебе культуры, ни тебе очарования.
Зашли по пути в местный собор, посещённый с целью повсеместного фотографирования очередного Органа, ударение на первый слог, а вы о чём подумали. После вынырнули к площадке, где стихийно расположилась Фан–зона сынов Эллады.
Как истинные эллины, взращённые на оливковом масле они рычали, пели, кричали, что–то уже жгли. В общем триста спартанцев в боевой раскраске, а кое–кто в доспехах, только не в ущелье, а на улицах Зальцбурга. Расположились они на маленькой площади, где в центре стоял памятник, какой–то тётеньке, мы тут уже были вроде утром.
Плохая примета, в Инсбруке тоже тётенька стояла в Фан–зоне, а вон как получилось. Не буду на неё смотреть, ну её в топку. Проорав болельщикам в синем «гуд лакк Хеллас», держа при этом скрещенные пальцы за спиной, наше общество с ограниченной ответственностью и такой же ограниченной подвижностью, это я имею ввиду уставшие ходули, свернуло вправо на большую площадь, где располагалась наша Фан–зона. Сцена, палатки с пивом и толпы соотечественников снова воодушевили. Ой чуть не забыл, а как воодушевили нас туалеты рядом с площадью, даже не передать словами.
На сцену приглашаются… не знали наши мамы, не знали наши папы, не знали, что есть в Австрии группа «Русская». Спасибо Роману Аркадьевичу за наше счастливое детство перед матчем.
Встав под деревом на другой стороне площади мы с удовольствием прослушали соло девочки из группы на скрипке. А далее началось самое интересное, на сцене солист группы — детина в русской красной рубашке с прикольным акцентом человека, долгое время прожившего вдали от необъятной, затянул «Дубинушку». Народ на площади только этого ждал и тут же подхватил. Понеслась гулять по улочкам Зальцбурга знаменитая песня — «ээй ухнем, ещееееееееееееееееееееееееееееееееее раз». Следующая песня окончательно взорвала мозг всех болельщиков на площади (текст приводится дословно):
— евре бади, ладно давай, аре аре аре, всем, всем вместе, давай споем,
— о ёёёёё дё дёй, о дё дё дё дёй, о еее дё дёй, о дё дё дё дёй, де де де, дя дя дя, рррреее еро, ррррААААА, ууууху,
— Родины причалы, родины края я я я я,
— как мне вас не хватало в эти дни одиночества,
— Родины причалы, родины края,
— как мне вас не хватало в эти дни одиночества. (Орфография автора сохранена, автор жжот).
Я вхлипнул, америкашки рыдали.
Площадь яростно вопила в ответ «оёёёёёё» и даже «дя дя дя». Кроме нас многие прослезились, а акцент солиста группы, отныне кумира миллионов российских болельщиков, добавлял песенке Совдеповский шарм. Даёшь группу «Русская» на Евровидение, вместо этой троицы, прости господи меня болельщик, придется назвать — билана, фигуриста, дровосека–скрипача.
