Теперь трагедию Винченто можно было забыть надолго. Реальная победа и реальная надежда оказались мощными стимуляторами. Деррон покинул собор через боковую дверь и, перепрыгивая через несколько ступенек, бросился к монастырю. Если берсеркер не уничтожил еще запасной коммуникатор в посохе, можно будет поделиться радостью победы с миром Современности.
Уже, в коридоре монастыря он почувствовал, как в кости за ухом пульсирует вызов Сектора.
Брат Саил громко пыхтел, хотя явно не прилагал усилий, чтобы поторопиться. Узкая коровья тропа, по которой следовали монахи, шла то вверх, то вниз по склону холма, петляя между колючими кустарниками, проходя через жидкие рощицы. Саил отставал и каждым вздохом пытался умерить прыть брата Иованна.
— Я думал… что вознесения нескольких молитв… будет достаточно. Эти крестьяне… ты ведь знаешь, брат… они зачастую глупы… могли все преувеличить… преувеличить ущерб от этого волка… якобы волка.
— В таком случае моя собственная крестьянская глупость не принесет вреда, — ответил брат Иованн, не сбавляя шага.
Они уже отошли от собора на несколько миль и глубоко вторглись в царство легендарного волка, терроризирующего округу. Сопровождавшие их поначалу крестьяне повернули назад, не совладав со страхом, уже давно.
— Да простит меня Святейший, если я слишком сурово сужу об этих людях. — Саил взобрался на вершину холма и перевел дыхание, чтобы произнести более продолжительную речь. — Ну хорошо, если это чудище и в самом деле натворило за несколько дней столько бед, как нам сообщили, то было бы ошибкой приближаться к нему с пустыми руками. Я не хочу сказать, что хоть на мгновение сомневаюсь в непостижимой мудрости Провидения, способной заставить рыбу плескаться в радости после того, как ты, брат, освободил ее, то так же не усомнился я в рассказе о том, как крохотные лесные пичужки слушали твои молитвы. Но волк, особенно такой волк — совсем иное дело…
Сжимая в руках посох, Деррон показывал лучшее в своей жизни время кросса по пересеченной местности, чередуя пятьдесят шагов бега с пятидесятые шагами быстрой ходьбы.
— Одегард! — услышал он голос Командующего Сектором. — Там, рядом с тобой, есть еще одна линия, так же жизненно важная, как и линия Винченто. Сейчас этот человек и еще один отодвинулись на пару миль и вот-вот покинут зону безопасности. Ты должен добраться до них и защитить любым способом. Если берсеркер ждет его в засаде…
Само собой, он будет в засаде. Нападение на Винченто было задумано всерьез, как и всякий первый удар в хорошей потасовке. Но пробить защиту должен именно второй удар. И сейчас человечество было подставлено под него.
Пятьдесят шагов бега — пятьдесят ходьбы… Деррон методично продвигался по пеленгу, выданному Сектором.
— Но кого я должен искать? — поинтересовался он.
И, выслушав ответ, подумал, что должен был и сам догадаться, должен был насторожиться, впервые взглянув в это безмятежное, полное любви ко всему живому, лицо…
В самой гуще деревьев показалась проплешина. Образовалась она, видимо, дня три назад — сломанные ветки не успели еще засохнуть. И хотя насекомые все еще роились над грудой костей и серого меха, пищи им осталось уже немного.
— Это был очень большой волк, — задумчиво сказал брат Иованн, поднимая с земли осколок челюсти.
Кость была раздроблена жестоким ударом, но часть зубов впечатляющего размера все же сохранилась.
— В самом деле, очень большой, — согласился брат Саил, хотя о волках ему мало что было известно. И он не имел большого желания узнать больше.
Солнце уже почти зашло, темнеющий лес был зловеще безмолвным.
— Но что же это за существо, которое так обошлось с большим волком, волком-самцом? Эти кости не тронул зуб. Они лишь переломаны, как будто некое существо, еще более буйное и дикое, чем этот волк, топтало его…
Для историков Современности имя брата Иованна символизировало любовь и мягкосердечие. То же самое можно было сказать и об ортодоксальных членах храмовых сообществ, благоговевших перед ним, как перед святым, и о людях, далеких от религиозности. Подобно Винченто, святой Иованн превратился в могучую личность из народных легенд.
— Мы только час назад уловили его истинную важность, снова зазвучал в голове Деррона голос Командующего Сектором. — Стабилизировав положение Винченто и сконцентрировав всех наблюдателей на твоем участке, мы смогли разглядеть его структуру. В историческом времени жизнелиния Иованна продолжается еще пятнадцать лет, оказывая по всей длине поддержку другим линиям. Эти линии, в свою очередь, излучают поддержку другим. Процесс распространяется по всей протяженности истории. Предполагается, что договор о разоружении, подписанный через триста лет после его смерти, может не осуществиться, и международная ядерная война сотрет с лица планеты нашу цивилизацию, стоит только прервать линию Иованна в твоей темпоральной точке.
Командующий сделал паузу, послышался торопливый голос девушки-информатора:
— Новое сообщение полковнику Одегарду.
— Лиза? — спросил Деррон, переходя на шаг.
