Дверь закрывается и с Иркой опять начинает твориться что-то неладное. Ее снова трясет, она хватается за спинку кровати, ожесточенно дергает ее, будто хочет оторвать, зубы стучат, глаза дикие:
–Выпишите меня, выпустите!
Мы опять пытаемся ее унять, она дерется не на шутку. Мне прилетает в глаз, тут еще кто-то грубо отпихивает меня, я падаю на пол. Два огромных амбала в белом, скручивают Ирку, привязывают к кровати, сестра тут же со шприцем. Две минуты и все кончено.
–Если еще такое повторится, переведем к буйным, – обещает сестра, закрывая дверь.
Ирка лежит неподвижно, Лена медленно поднимает меня с пола.
–Не ушиблась?
–Глаз больно, – жалуюсь я.
Она вздыхает, мочит полотенце и прижимает к моей дурной голове. Лена, наверное, ровесница моей мамы. Рядом с ней так спокойно. Что она делает в этом безумном месте?
В палату входит пожилая высокая, строгая на вид женщина. Смотрит на меня сквозь толстое стекло очков:
–Вы Лиза?
Я энергично киваю. Она продолжает негромко, но твердо:
–Я Ольга Семеновна. Марина вам говорила?
Я снова киваю.
–Пойдемте в мой кабинет.
Я спешу за ее быстрыми, решительными шагами. Кабинетик у нее крохотный – стол, да шкаф.
–Подождите минутку, я сейчас, – предупреждает она и уходит.
Я присаживаюсь на жесткий стул, рассматриваю от нечего делать, бумаги лежащие на столе. Все в безукоризненном порядке, ничего лишнего. Она быстро возвращается, садится к столу.
–Елизавета, Марина обрисовала мне вашу ситуацию, к сожалению, пока еще ничего не прояснилось.
–Марина не звонила? – спрашиваю я упавшим голосом.
–Как только что-то будет известно, я сразу вам сообщу.
–А пока ничего?
–Нет. Здесь у вас все в порядке?
–Да, да, спасибо.
–В палате с соседями проблем нет?
–Нет, нет, все хорошо. Я даже не понимаю, зачем они здесь.
–У каждого свое, – устало вздыхает Ольга Семеновна, снимает и крутит в пальцах очки.
Внезапно у меня возникает нестерпимое желание рассказать ей обо всех своих злоключениях.
–Вы знаете, у меня здесь такое впечатление, что я тоже немного чокнутая.
–Это почему? – удивляется она.
–Вся эта история с убийством случилось из-за того, что я сама была не своя, не такая… это все началось с того, что я ударилась головой, – захлебываясь, тороплюсь объяснить я.
–Ударилась сильно?
–Да, упала в ванной, с тех пор со мной творится черте что!
Я во всех подробностях рассказываю ей свои сны и ведения. С тайной надеждой, что она как профессионал развеет мои страхи и объяснит все просто, материалистично, без мистики. Но что я слышу в ответ, от этой строгой деловой женщины?!
–А, реинкарнация.
–Что? – не верю я.
–Переселение душ, я думаю, падение тут не при чем.
–А эти сны? А наяву?
–Это нормально. Сейчас очень многие вспоминают отрывки своих воплощений.
–Воплощений, – повторяю я, пробуя на вкус новое слово и не верю своим ушам.
–Случается, что люди во всех подробностях помнят прошлую жизнь, а иногда и не одну.
–Как это?
–Уже многие светила психиатрии давно доказали, что под гипнозом человек может вспомнить не только все события детства, но и прошлую смерть, например. Некоторые специалисты рекомендуют этим методом лечить стойкие фобии.
–Получается, это все правда?! Книжки про переселение душ, фильмы, значит, доказали – душа есть?
–Это даже физики доказали, – просто отвечает зав. отделения.
«Значит, я нормальная? И Серега со своей антикварной машиной тоже.»
–А вы помните что-нибудь? – решаюсь спросить я.
–Во время первой мировой войны я была пехотинцем. Задохнулась во время газовой атаки.
–Вам тоже кажется, что вы были мужчиной?
–Что в этом странного?
–И вы убивали?
–Была война.
Резко и так некстати звенит телефон, Ольга Семеновна берет трубку, коротко, деловито называет какие-то латинские термины, диагнозы, лекарства. Я сижу перевариваю все услышанное. Ничего себе открытие! Она заканчивает разговор, возвращает меня к действительности:
–Елизавета, меня здесь несколько дней не будет. Я лишних людей посвящать не хочу, но вы не волнуйтесь. Как только прояснится с милицией, я сама или Марина вас заберем.
Легко сказать «не волнуйтесь», я возвращаюсь в палату в полном загрузе. А там суета и приготовления: все носятся, прихорашиваются, сдувают пылинки. Только Лена спокойно раскладывает пасьянс, да Ира все еще спит.
–Спонсоры изъявили желание посмотреть, как живут больные, – объявляет Мария, – поскольку в этом дурдоме, мы самые нормальные, то решили показывать нас.
–Нас?
–Ну да, сейчас их привезут.
–Прямо сюда?
–Да, да не тормози, на расческу – расчешись.
Я покорно причесываюсь. Замечательно! Крутые, богатые дядьки придут посмотреть на меня в дурдоме. А если мы потом встретимся, а если кто-то знакомый?! Нет, пока у меня нет знакомых из большого бизнеса.
Медперсонал тоже суетится, забегают по очереди., осматривают, проверяют, уносятся «ветром гонимые». Наконец, из другого конца отделения раздается радостно:
–Идут!
