Извинившись перед нею за невозможность самому сопровождать ее, Дюрок засыпал кучера наставлениями: не ехать слишком быстро, внимательно следить, чтобы лошадей не занесло на скользкой дороге, удостовериться по прибытии, что молодая дама беспрепятственно прошла к себе и так далее. Поэтому кучер ехал очень осторожно, особенно на крутых склонах, требовавших большого напряжения и внимания.
Где-то в деревне церковные колокола прозвонили 5 часов. С другой стороны, поближе, им ответил призыв к утренней молитве. Очевидно, там был какой-то монастырь. Карета некоторое время катилась по ровному месту, как вдруг замедлила ход и затем остановилась. Удивленная Марианна нагнулась, очистила уголок стекла и увидела совсем близко широкую ленту реки. Это уже была Сена. Дверца кареты внезапно открылась, и внутрь заглянул кучер.
— Надо сойти, мадам, — сказал он. — Мы должны переехать на пароме.
— На каком пароме? Когда я ехала сюда, мы не переезжали на пароме!..
— А вы ехали через мост в Сен-Клу. Но его не починяют вот уже скоро два года, и когда сильный мороз, по нему опасно ехать. Лучше будет на пароме. Тогда поедем через Сюрэсн.
Бросив взгляд на ссутулившуюся фигуру кучера, Марианна действительно увидела стоявшую неподалеку большую баржу. Но она казалась пустынной, а врывавшийся в карету ветер был такой ледяной, что юная женщина, вздрогнув, съежилась под своими покрывалами.
— Еще слишком рано, — начала она недовольно. — Никто не перевезет нас в этот час. Вернемся и попробуем проехать по мосту.
— Не беспокойтесь, мадам. Уверяю вас, что паромщик перевезет нас. Оно-то рано, но с той стороны уже ждут клиенты. Каждое утро паломники идут слушать мессу у траппистов в Мон-Валерьяне. Сойдите, пожалуйста. При переправе лучше, когда карета как можно легче.
— Ну что ж, раз это необходимо! — вздохнула Марианна, с сожалением разрушая свое гнездышко.
Она подобрала юбки, оперлась на руку, предложенную кучером, умолявшим быть осторожной и не поскользнуться на льду», и легко спрыгнула на землю.
В тот же момент какая-то плотная ткань окутала ей голову.
Марианна закричала, но грубая рука снаружи зажала ей рот. Она сразу сообразила, что всякое сопротивление бессмысленно. Полузадушенная, готовая потерять сознание от ужаса, она ощутила, как ее поднимают за ноги и за плечи. По характерному покачиванию она поняла, что ее похитители взбираются на паром.
Властный голос бросил:
— Побыстрей, пожалуйста! Какой собачий холод. Лошади замерзнут на том берегу.
Послышался звук, какой издает кошелек с серебром, если его бросить на землю, затем заискивающий голос невнятно пробормотал благодарность, и она догадалась, что кучер получил свою мзду. Впрочем, карета на паром не въехала. Раздался шум окованных железом колес по прибрежной гальке, шум, который вскоре затих. Остался только плеск воды под паромом.
Брошенная на грубообтесанные бревна и прижатая чьей-то твердой рукой, Марианна одновременно боролась и с удушьем, и с паническим ужасом. Кто были похитившие ее люди, что они хотели от нее? Думают они довезти ее до другого берега, или… При одной мысли о темной ледяной воде ее затошнило. Она хотела переменить позу, чтобы сдвинуть душившую ее ткань, но рука прижала еще крепче.
— Не шевелиться, маленькая дурочка! — приказал тот же властный голос. — Иначе я брошу вас в воду.
Хотя; он и пригрозил сделать это, очевидно, в его намерения не входило покончить с нею сейчас же. Немного собравшись с силами, Марианна попыталась бороться с удушьем, но бесплодно. Плотная ткань, возможно, плащ, совершенно не пропускала воздух.
— Я задыхаюсь! — простонала она. — Пощадите…
— Приподними плащ, — посоветовал новый голос. — Все равно уже прибыли.
Действительно, паром ударился о берег как раз в тот момент, когда объятия плаща ослабели. И вовремя! Марианна теряла сознание. Она инстинктивно вдыхала ледяной воздух, в то время как жесткая, затянутая в кожу рука энергично похлопала ее по щекам.
— Она в обмороке, — заметил обладатель резкого голоса. — Вот и хорошо.
— Беспамятство может продлиться дольше, чем желательно, — ответил другой.
Оба эти голоса выдавали людей образованных и воспитанных. Они, безусловно, не были голосами бандитов с большой дороги, отметила Марианна, чей разум еще автоматически действовал. Когда она приоткрыла глаза, то увидела склонившихся над ней двоих мужчин в черных масках, круглых шляпах и просторных плащах для верховой езды. Они находились уже на другой стороне Сены и под первыми деревьями Булонского леса, доходившего почти до берега, она смогла различить двоих всадников, ожидавших около экипажа, который показался ей знакомым.
— Черный фиакр! — невольно пробормотала она.
— Каково! — воскликнул, смеясь, один из замаскированных. — Она его заметила! Решительно, ты прав: она гораздо опасней, чем можно подумать. Вперед в дорогу!
— Одну минутку! Именно потому, что она опасна, надо соблюсти некоторые предосторожности. Дать ей возможность дышать, это одно дело…
