На этот раз Марианна уже не скрывала свое восхищение. Ее представление о французах требовало решительного пересмотра, ибо в сияющих окнах знаменитого ресторана она видела людей из высшего общества, переливающийся атлас и даже бриллианты на лилейно-белых шеях, красивую военную форму и драгоценные меха на плечах обедающих.
Тем временем рассыльный добавил с некоторым пренебрежением:
— Конечно, это вам не двор! Тут всякие перемешались, но какой блеск! В этом ералаше не часто встретишь герцогиню, зато народ прет туда охотно. Певичек и кокоток там полно!
Соблазнительные запахи, донесшиеся из знаменитого ресторана, защекотали ноздри девушке. Марианна почувствовала, что умирает от голода.
— Это еще далеко, «Золотой Компас»?
— Нет, вот тут!
Он показал на большую гостиницу, расположенную в красивом старинном здании эпохи Ренессанса. Фасад его украшали многочисленные скульптуры, а над приземистыми окнами вилась затейливая изразцовая вязь. Все вместе производило впечатление солидности и добропорядочности. У широкой подворотни с шумом и звоном остановился дилижанс.
— Дилижанс из Крейля, — заметил рассыльный. — Он приходит сюда, как ваш до Жизора. Мамзель, вы прибыли!
Он окликнул мэтра Бобуа, который после встречи дилижанса собирался вернуться в дом.
— Эгей! Хозяин! К вам клиентка!
При виде грациозной фигурки хорошо одетой девушки важная физиономия ресторатора стала приветливой. А имя Никола Малерусса вызвало широкую улыбку на его свежевыбритом пухлом лице, блеснувшую золотом между бакенбардами цвета перца с солью.
— Вы будете здесь как дома, маленькая барышня. Племянница Никола имеет право на большее внимание, чем моя собственная дочь! Эй, Мартон! Возьми багаж мадемуазель!
Пока подошла служанка в накрахмаленном чепчике, Марианна рассчиталась с рассыльным, добавив чаевые, вызвавшие энтузиазм мальчика. От радости он стал подбрасывать в воздух свой синий картуз.
— Спасибо, мамзель! А вы не зажимала! Если у вас будет какая работенка, скажите кому угодно в квартале, что хотите видеть Гракха-Ганнибала Пьоша! Я прибегу в момент!
Высказавшись, Гракх-Ганнибал, ничуть не стесняясь своих откровенно римских имен, насвистывая, удалился, а Бобуа и его служанка повели Марианну внутрь гостиницы. Дом содержался в отличном порядке, о чем свидетельствовали многочисленные посетители. Наступил час ужина. Повсюду порхали служанки и лакеи, обслуживая табльдот или тех клиентов, которые предпочитали ужинать у себя в комнате. Бобуа посоветовал девушке последнее, и Марианна, немного испуганная множеством людей, с признательностью согласилась.
Они направились к сверкающей полировкой дубовой лестнице. Как раз в это время по ней спускалось двое мужчин. Марианна и ее эскорт должны были подождать, пока те пройдут.
Один из них был лет сорока, среднего роста, но крепко сбитый, изящно одетый в синий сюртук с пуговицами из чеканного серебра. Его широкое лицо с энергичными чертами, обрамленное темными бакенбардами, было очень смуглым, как у человека, который долго жил под южным солнцем. Глаза у него были голубые, живые и веселые, а его серый цилиндр, лихо сбитый набекрень, едва держался. В одной, старательно затянутой перчаткой, руке он крутил трость с золотым набалдашником.
Очарованная необычайной силой, излучаемой этим человеком, Марианна смотрела, как он спускается с лестницы, не обращая внимания на его спутника, шедшего немного позади. Но, когда ее взгляд случайно упал на того, она вздрогнула. В глухо застегнутом штатском костюме перед ней был Жан Ледрю.
Как только Марианна осталась одна в небольшой, уютной комнате, обтянутой старинными гобеленами, куда ее определил Бобуа, она постаралась привести в порядок свои мысли. Появление молодого бретонца сильно взволновало ее. Она с трудом удержалась от восклицания. А обратить его внимание на себя было неблагоразумно, так как он знал, кто она на самом деле. Теперь она поздравила себя с тем, что он г не заметил ее. Она стояла в мало освещенном месте, к тому же край капора бросал тень на ее лицо. Ледрю невозмутимо следовал за мужчиной в синем сюртуке, и Марианна слышала, как тот сказал Бобуа:
— Мы пообедаем у «Утесе Канкаля». Если меня будут спрашивать, вы сможете меня там найти.
— Хорошо, г-н Барон, — ответил ресторатор, а у Марианны сразу возник вопрос: «Кто же этот барон, за которым так послушно следовал беглец с понтонов?» Но у нее не было времени рассуждать на эту тему: Мартон принесла на большом блюде аппетитный ужин, и Марианна, отложив на потом наведение справок, принялась ублажать свой страждущий желудок. Она заканчивала очень вкусный десерт — ломтики ананаса с кремом, — когда в дверь постучали.
— Войдите! — сказала она, подумав, что это Мартон пришла забрать поднос с посудой.
Но в комнату вошел Жан Ледрю.
Подавляя изумление и беспокойство, вызванные неожиданным визитом, она заставила себя остаться на месте, отодвинув столик с остатками ужина.
— Вы что-нибудь хотите? — спросила она холодно. Ничего не говоря, Жан закрыл дверь и прислонился к наличнику, не отрывая от нее сверкающих глаз.
