– Да, я помню. Конечно, надо платить. Типа за обучение. Есть несколько десятков академий, университетов, школ и студий телевидения и кино, которые между собой конкурируют в погоне за выгодными клиентами – родителями учеников. Обучение стоит огромных денег, но главное – не эта плата, а результат и привлечение спонсорских денег. Твоя тетка может заплатить?
– Нет, у них с Костей нет таких денег. Костя – это ее муж, – снова пришлось уточнить Сашке. – Он в полиции работает, а Натка – председатель ТСЖ. И у них еще старший сын есть, Сенька. Просто Натка не понимает, как это все устроено. Думает, что если ломиться в открытую дверь, заявляя всем о гениальности своей дочки, то это обязательно поможет.
– Не-а, не поможет. Самый короткий путь на экран – через такую школу. У них, как правило, контракты с каналами и продюсерскими центрами. Продюсерам, знаешь, тоже не в радость бегать по Москве в поиске подходящего юного дарования. Им проще обратиться в специальное место, где существует отбор и хотя бы минимальное обучение. Сейчас все сериалы практически снимают на деньги телеканалов, которые при этом еще и гарантируют эфирные показы. Так что кто платит, тот и заказывает музыку. Есть еще бывшие телезвезды, которые сами уже вышли в тираж, но являются медийными лицами, хорошо узнаваемыми населением. В основном это дикторы еще Гостелерадио СССР, которых и по именам узнают, и даже по голосу. Кирилл Игорев, Анжелина Корк, Анатолий Калезин, Лина Воронец… Они не являются совладельцами школ, но работают их лицами, активно заманивая адептов на курсы. В общем, как-то так это функционирует. И я как раз хочу сломать эту кривую тенденцию.
– Как сломать? – не поняла Сашка.
– Сделать обучение и отбор бесплатными для детей. Снимать в кино не тех, за кого больше заплатили, а тех, у кого настоящий талант. Хотя бы кроха, хотя бы зерно. Понимаешь? Поэтому у меня своя школа, и в ней денег с родителей не берут. Проблем нет.
– А кто же тогда ее содержит? – недоверчиво спросила Сашка. – Бесплатный сыр, как известно, бывает только в мышеловке.
– Спонсоры, – улыбнулся Клипман. – Я нахожу богатых людей, которые заработали столько, что хватит и им, и нескольким поколениям их потомков, и убеждаю их вложиться в поиск юных талантов, во-первых, и в продюсирование новых детских картин, во-вторых.
– Получается? – Сашка этого не хотела, но в голосе ее невольно прозвучала ирония.
– Конечно. Проблем нет!
Сашка уже заметила, что это его любимая присказка.
– Понимаешь, – продолжал Клипман увлеченно, – я совершенно уверен, что платить за хорошее детское кино должны те, кто сам вырос на отличном детском кинематографе. Ты же помнишь, какие прекрасные фильмы снимались в Советском Союзе?
– Я не могу этого помнить, да и ты тоже. – Сашка засмеялась. – Мы родились, когда Союз уже распался.
– Ну и что? – удивился Юлик. – Мы же все равно смотрели те же самые фильмы, что и наши родители. Других-то не было. Все эти олигархи и прочие успешные люди, которые сейчас принимают решения и могут себе позволить завтракать, обедать и ужинать в таком ресторане, как этот, состоялись в том числе и потому, что их учили на правильных фильмах. Потом в угаре приватизации и накопления первичных капиталов они не имели возможности финансировать эту отрасль. Но теперь пришло время собирать камни, и поэтому олигархи и весь «крупняк» должны финансировать по полной программе отечественное детское кино, не скупясь. Отдавать дань, так сказать.
– А если они не захотят этого делать?
– Почему же не захотят? Именно для этого я с ними встречаюсь и разъясняю, как и что. И многие охотно идут навстречу. Одним достаточно простого разговора, а другим надо дать почитать сценарий, чтобы убедиться, что он действительно хороший. Вот сейчас я запускаю съемки нового проекта по Киру Булычеву. «Сто лет одиночества» называется.
– «Сто лет одиночества» – это Маркес, – проявила осведомленность начитанная Сашка, – а у Кира Булычева книга называлась «Сто лет тому вперед». Не путать со «Сто лье под водой», потому что это Жюль Верн.
– Точно. Это гениально! – возопил Клипман так громко, что на них стали оглядываться другие посетители. – Я специально назвал свой проект иначе, чем у Булычева, но про Жюля Верна не вспомнил. Я обязательно переделаю. Будет «Сто лье одиночества». Гениально!
– Здорово, – не совсем искренне сказала Сашка. – Но давай вернемся к теме отбора детей для съемок. Если денег нет, то какой-нибудь другой способ есть? Не считая твоей школы.
– Есть, конечно. Это всевозможные кастинги, которые тоже проводятся. То есть продюсерам выгоднее взять ребенка из существующей базы какого-нибудь агентства, но некоторые режиссеры предпочитают действовать по старинке и сами отсматривают детей. Да и для детей, прошедших обучение, тоже нужны просмотры. Не возьмешь же на главную роль кота в мешке. В общем, кастинги есть, и на них можно и нужно ходить. Но надо быть готовым к тому, что это сложный и долгий путь. И все равно на каждом его этапе родителям обязательно зададут вопрос «Кто у вас спонсор?».
