— Всё гениальное — просто. Мы подгоняем сюда шестьдесят автомашин — «Жигули», «Нивы», «Волги». В каждую машину сажаем по три — четыре бойца, за рулём — чеченцы, которые знают местность. Они окольными тропами доставляют личный состав непосредственно в Грозный. Дальше — выход на исходные рубежи, атака дворца…
— А если хотя бы один чеченец из числа тех, кто будет вывозить наших бойцов, может оказаться предателем? У вас есть уверенность, что этого не будет?
Дать такие гарантии директор ФСК, похоже, не мог. Да и кто бы мог их дать?
— Хорошо, давайте проанализируем, — продолжил Захаров. — У каждого штурмующего хватит боезапаса на десять — пятнадцать минут хорошего боя. Пусть, фантазируем, на полчаса. Им надо действовать быстро, поэтому снаряжать придется по минимуму. Да и сам способ подхода к дворцу, предложенный вами, не предполагает обилия боеприпасов. Далее — рукопашная. Это когда ничего другого не осталось. Допустим, дворец взят, штаб Дудаева уничтожен. У нас пятьдесят процентов раненых и убитых, боекомплектов — ноль. Кто нас будет менять? Кто и как закрепит успех? Ведь мы должны уйти, мы сделали своё дело. А дальше? Что делать с пленными, что делать с ранеными, как будем выносить убитых, и как будут выходить те, кто жив и здоров? Глаза у Степашина потухли.
— Об этом я как-то не подумал, — раздосадовано сказал он.
— А Грачёв знает об этой операции?
— Да, знает. Он её одобрил, — поникшим голосом произнёс Степашин, начиная понимать, что министр тоже толком не разобрался, и этот план никуда не годится.
«Да, гладко было на бумаге, да забыли про овраги, — подумал про себя Степашин. — Надо думать над новым вариантом».
В двадцатых числах ноября 1994 года, колонна боевой техники подъехала к высокому бетонному мосту через реку, за которой начиналась уже территория Чечни. Танкисты увидели на другом берегу группу машин: «Волги», джипы, и человек пятнадцать чеченцев и русских. Среди них — директора ФСК Сергея Степашина в светлой каракулевой папахе. Чеченцы, показывая руками на подходящую колонну, что-то бурно обсуждали. Степашин дал команду, чтобы танки начали движение через мост.
Головная машина, с Лихим на броне, въехала на мост. Вдруг чеченцы обеспокоено загалдели и замахали руками. Лихой дал команду «стоп» и оглянулся. Следующий за ним танк, сбив ограждение, балансировал на краю моста, грозя свалиться в воду. Механик-водитель, видимо, не растерялся, включив заднюю передачу. Стальные траки, скользя по бетону, вращались назад, удерживая машину. Наконец, зацепившись за асфальт, танк попятился и встал поперек моста. Растерянный механик вылез из люка, вытирая пот с лица. Вокруг собрались солдаты и офицеры, подбежал Лихой. Со стороны чеченцев к танку направилась толпа во главе со Степашиным.
Кто-то из офицеров сказал танкисту:
— Похоже, фрикцион заело. А ты молодец, быстро среагировал.
Степашин подошёл к танкисту, глянул с моста вниз, где, обгладывая валуны, крутилась и пенилась речная вода.
— Солдат, если бы ты туда слетел, то механика я бы нашёл другого, — сухо сказал он. — Но где бы я взял другой танк?
Молоденький механик-водитель должно быть впервые увидел перед собой столь высокое начальство, тараща глаза на пухлые щеки Степашина, стоял навытяжку и то и дело повторял:
— Виноват, не рассчитал.
— Откуда только таких водителей набрали, — все так же сухо начал выговаривать Степашин Лихому. — Ездить толком не умеют.
Резко развернувшись, директор ФСК отошел к сопровождающей его разношерстой группе людей.
Солдаты и офицеры, посмотрели ему в след, покачали головами и разошлись по машинам. Остались только те, кому предстояло разобраться с неполадкой.
Через минуту, Степашин подозвал к себе Лихого:
— Подполковник, на передачу техники даю полтора часа. Пристрелку пусть проведут в степи.
Начальник Управления ФСК по Москве и Московской области Евгений Савостьянов просматривал последний вариант плана об оказании помощи чеченской оппозиции по смещению президента Чечни Дудаева. Раздался звонок, Савостьянов взял мобильный телефон:
— Да, мой план одобрили. Танки должны поддержать оппозицию и смести Дудаева. Сейчас мои люди вербуют экипажи танков.
Вербовка шла непросто. Тем офицерам, которые согласились слетать на неделю в командировку на Северный Кавказ, было предложено оформить отпуска. Кроме того, было обещано приличное вознаграждение. Первыми, кто не только согласился, но и начал агитировать других, оказались офицеры, из которых год назад были сформированы экипажи танков, стрелявшие по Белому дому.
Был в этом деле у Савостьянова и собственный интерес. Он знал, что если все удастся, то его обещали сделать вместо Степашина директором ФСК. «Дудаева надо убирать, — размышлял Савостьянов. — Вместо него надо ставить другого, более покладистого. Совсем «зарвался» парень, забыл, кому обязан. Нефть и доллары глаза застлали, решил кинуть всех. Но мы ему напомним, кто в доме хозяин. Да и для остальных это будет хорошим уроком».
