- Я полагаю, что Кар прав: тайна Хургеса никому, кроме нас, неизвестна, - прозвучал голос Азореса. - Зачем прибыл пароход «Урания», мы скоро узнаем. Не будем волноваться преждевременно.
- А что делает «Урания»? - спросил Барковский.
- Стоит на плавучем якоре, спускают якорную цепь большого судового якоря, - ответил Маковский. - С борта спускают шлюпку, - продолжал он. - Очевидно, к нам прибудет депутация. Тем лучше. Мы узнаем их цели. Шлюпка отчалила. На ней четыре матроса на вёслах, пятый - на руле и один пассажир в белом фланелевом костюме.
- Примите их на борту, - распорядился Барковский. - Поставьте телевизор и микрофон. Наш штаб будет незримо присутствовать при беседе с этими гостями.
- Есть! - коротко ответил капитан и дал распоряжение принести на палубу несколько стульев. Одно плетёное кресло Маковский поставил так, чтобы она приходилось против телевизора. Микрофон Гинзбург спрятал в свёрнутом трале.
- Всё отлично, - доложил капитан.
И тотчас же на экране возник борт корабля и клочок неба. Спустили трап. Через минуту над бортом появилась голова в пробковом шлеме, а потом и вся фигура человека. На палубу, переступив борт, вышел ещё не старый, худощавый блондин с бритым, чрезвычайно жёлтым лицом и с запавшими глазами. Такие лица бывают у европейцев, побывавших в лапах у тропической лихорадки.
- Джемс Скотт, - кратко отрекомендовался гость по-английски, не называя своей профессии.
Капитан пожал ему руку и пригласил его сесть. Скотт молча вынул портсигар, молча протянул Маковскому сигару, не спуская с него глаз. Очевидно, Джемс Скотт пытался воспользоваться паузой, чтобы узнать, с каким человеком ему придётся иметь дело. Маковский взвешивал: ждать ли ему вопросов Скотта или самому начать наступление. Кто спрашивает, тот наступает. А наступление - более выгодная позиция. И Маковский решил взять инициативу переговоров в свои руки.
- Неожиданная встреча в океане! Может быть, у вас случилась маленькая авария: поломался винт или что-нибудь в этом роде? Всегда рады помочь, мистер Скотт.
- Нет, на моём пароходе всё в порядке, - ответил Скотт, выпуская кольцо дыма.
- Что же вас принудило остановиться?
- Я прибыл на место - вот и всё! - спокойно ответил Скотт. - Но я увидел что это место занято, и поэтому интересуюсь узнать, с кем имею дело и что привело вас именно на эту точку поверхности Атлантического океана, - спросил, в свою очередь, Скотт.
- Разве эту точку океана вы сняли в аренду, мистер Скотт? - усмехаясь, спросил Маковский. - Международное право признаёт свободу морей. И поскольку мы прибыли первыми…
- Однако это ведь не безлюдный остров, который вы желаете занять по праву первой оккупации, - возразил Скотт.
- Мы и не имеем намерения оккупировать его, - ответил Маковский. - Но стоять мы имеем право там, где хотим.
- Зачем, с какой целью?
Это уж слишком. Маковский решил дать отпор.
- Мы никому не обязаны давать отчёт о своих поступках. С таким же правом мы можем спросить вас: какова цель вашего прибытия сюда?
На лице Скотта не отражалось ни малейшего волнения. Он выпустил ещё одно колечко дыма, которое было подхвачено ветром и отнесено за борт, и сказал более миролюбиво, видя, что лобовая атака не удалась:
- Я явился сюда не для споров с вами, капитан. Если я спросил, с какой целью вы прибыли сюда, то я имею на это свои основания. Мне надо исследовать дно как раз на этом месте. И в лице вашей эскадры…
- Три судна гражданского флота - не эскадра, - возразил капитан.
- В лице вашей флотилии, если это вам больше нравится, я встретил преграду к достижению цели, - закончил он. - Мы, конечно, не обязаны ставить в известность друг друга о целях наших экспедиций, но вы мне будете мешать…
- А вы нам… - отрезал капитан.
- Таким образом, возникает необходимость определить некий «модус вивенди». Вы начальник экспедиции?
- Я капитан флагманского судна, технический руководитель нашей маленькой флотилии, - ответил Маковский. - Экспедицией же руководит штаб.
Скотт невольно скривил губы. Сколько зря потраченных слов! И, поднявшись, сухо спросил:
- Вы могли бы познакомить меня с начальником вашего штаба?
- Боюсь, что это будет тяжёленько, - ответил капитан. - Штаб находится в Москве.
- В Москве? - удивился Скотт. - Как же может штаб из Москвы управлять флотилией?
- Мы живём в эпоху радио, - ответил Маковский. - В шестом часу вечера по местному времени мы рапортуем штабу о своей работе. Если вы придёте в этот час, я могу предоставить вам возможность переговорить с начальником штаба.
Скотт подумал, бросил за борт дымящуюся сигару и заносчиво ответил:
- В шестом часу я обедаю, а я не привык менять свои привычки.
Капитан пожал плечами:
- Мы также не привыкли менять свой распорядок.
- В таком случае, извините, что обеспокоил вас.
Скотт сухо поклонился и двинулся к трапу. Матросы проводили его далеко не дружественными взглядами, хотя и помогли спуститься в шлюпку.
