Не считая того, что монстр, видимо, ещё не понял, что мёртв, костяной дракон предсказуемо оказался очень неприхотливой призывной тварью. Однако пока он постоянно инстинктивно воровал мясо у отряда и пытался его проглотить, но каждый раз все его попытки заканчивалось одинаково — еда провалилась на пол между костей нижней челюсти. Дракон злился и пробовал съесть кусок опять, и так до бесконечности. Этот процесс занимал у ящера по нескольку часов в день, пока Мать Лияр ни забирала у него превратившееся в отбивную мясо и ни выставляла дракона из пещеры, чтобы изучать его боевую мощь на открытом пространстве. Нае с отрядом наблюдать за тренировками женщина запретила, объяснив это тем, что до самых Боёв Матерей никто не должен был знать, какими способностями обладал дракон.
— Госпожа Сайтара, вы хотите с помощью этого дракона победить Мать Ран? — во время одного из ужинов спросила Ная.
— Нет, у неё слишком большой боевой опыт. Не думаю, что кто-то из нынешних Матерей может её победить. По сути сражения будут идти за второе и третье место, — ответила Мать Лияр.
— Вы говорили, что хотели выяснить что-то про Мать Ар'тремон, — вспомнила предводительница, — вам удалось?
— Нет, — нахмурилась Мать Лияр, — Айюна — искусный маг огня и великолепно владеет чуть ли не всеми видами оружия. Как у мага воздуха, у меня есть преимущество в скорости магических атак, вот только у предыдущей Матери Ар'тремон тоже была воздушная энергия, и она Айюне проиграла. А меня, как назло, во время этого поединка не было в городе, и я не знаю, как именно это произошло. Это я и пыталась выяснить. Но в итоге, как сражаться с Айюной, я до сих пор не знаю. Ариен, может ты что-то про неё знаешь?
— Не думаю, что вам в бою пригодятся знания о её пристрастиях в постели… — покачал головой мечник.
— Не вздумай насиловать мои уши этими подробностями, и так наслышана! — скривилась Мать Лияр.
Ариен тихо засмеялся: почему-то все в Таэмране считали, что у Матери Ар'тремон были какие-то извращённые вкусы или что-то вроде того, хотя на самом деле ничего выдающегося в её предпочтениях не было абсолютно. Особенно если сравнивать с теми историями, которые периодически рассказывал отряду Кьяр после своих похождений.
— Лияр и Ар'тремон разделяют ещё Дома Хелен, Маэль, Яр и Сиэль, — продолжала тем временем размышлять вслух Ная.
— Да, но по-настоящему меня беспокоит только Айюна. На этих Боях она — мой главный противник. Если удастся её победить, я выведу Дом Лияр на второе место, если нет — только на третье, — Мать Лияр бросила оставшиеся от своего ужина кости кролика в мешок и встала, чтобы снова увести дракона на очередную тренировку.
— Даже третье место — это уже на четыре выше, чем наш Дом занимает сейчас, — хмыкнул Асин.
— До этого ещё почти год. А сейчас решайте, кто пойдёт на охоту, остальные могут отдыхать, — вздохнула предводительница.
В этот раз поверхность надоела ей на удивление быстро — она уже хотела просто собраться и пойти обратно в Таэмран. Настроения что-либо делать не было совершенно, поэтому Ная по большей части или играла с мужчинами в кости, или охотилась с Ариеном, или спала. Сегодня выходить из более-менее тёплой пещеры у женщины не было ни малейшего желания, поэтому, когда выяснилось, что играть пока никто не хотел, и большинство мужчин собирались спать, она тоже завернулась в спальную шкуру и вскоре уснула.
Эмиэль дежурил третьим и уже намеревался будить Аэна, чтобы тот его сменил, когда его тело внезапно пронзило лёгкое, неприятное ощущение, похожее на удар током электрического угря. Всё внутри сжалось, охваченное холодным липким ужасом, и мужчина невольно бросил взгляд на своё, скрытое доспехом, запястье — связь с Кьяром только что исчезла. Эмиэль нашёл глазами спящую у дальней стены предводительницу, задаваясь вопросом, что он должен был сейчас сделать: сказать ей, зная, что ни к чему хорошему это не приведёт, или промолчать, дав ей провести ещё какое-то время спокойно.
— Ты чего?
Эмиэль едва заметно вздрогнул и повернулся к вернувшемуся с охоты Ариену.
— Кьяр, — тихо отозвался он, — связь исчезла.
Ариен тоже первым делом глянул на Наю, но увидев, что она спит, только глубоко вдохнул и закрыл глаза. Опустив голову, он простоял несколько секунд неподвижно, борясь с собственными эмоциями, после чего принял единственное, по мнению их обоих, верное в данной ситуации решение:
— Не говори никому, особенно Нае.
— А как вы собираетесь выкрутиться на ежемесячном собрании Совета? Там ведь не идиотки сидят — магию Кьяра мгновенно раскроют, — спустя ещё несколько дней задала беспокоящий её вопрос Ная.
Мысленно она постоянно возвращалась к танцору. Шла уже четвертая неделя с того момента, как они покинули Таэмран и оставили его одного. Даже по самым грубым подсчётам, если предположить, что предыдущий Совет был прямо перед тем, как они ушли, вернуться к следующему они уже однозначно не успевали.
