Первый мужчина, которого полюбила Моника, видел в ней лишь сестру... Второй по возрасту годился в отцы. Он и ушел слишком рано, как всегда уходят родители. И в двадцать семь лет Моника поставила крест на личной жизни. В память о немолодом возлюбленном, с которым она была так счастлива, ей досталась уютная вилла. Но Моника не успела стать ее хозяйкой. Откуда ни возьмись, появился другой претендент: богатый, красивый, уверенный в своих правах и чем-то неуловимо знакомый...
Из раскрытых окон роскошного особняка Вудхаузов доносились голоса и смех, на подстриженную траву газона падали яркие отблески света. Значит, вечеринка была в самом разгаре. Ох, нет, не вечеринка — званый ужин. Ведь те, кто сейчас там веселились — искренне или для вида, — принадлежали к высшему обществу.
Прежде чем выйти из машины, Моника включила свет и достала из сумочки зеркальце. Вглядываясь в свое отражение, она насмешливо улыбнулась ему и подмигнула, словно стараясь приободрить. Выход в свет уже давно не приносил ей радости, это была всего лишь надоевшая обязанность, освободиться от которой она не могла.
— Что ж, надо идти, — сказала она самой себе. — Дайана и так будет недовольна моим опозданием.
Захлопнув дверцу, Моника решительно направилась по освещенной фонарями дорожке к особняку, на ходу заготавливая слова извинения и дружелюбную улыбку. Привычная маска уверенной в себе женщины... Если бы только все эти люди знали, как она устала, как хочется иногда покоя и тишины, чтобы не видеть вокруг лиц, не слышать голосов, не думать о том, что завтра все повторится. Если раньше жизнь казалась ломаной линией, то теперь она превратилась в замкнутый круг. И Монике иногда представлялось, что она — пони в цирке, вынужденный брести вечер за вечером по арене под ярким светом прожекторов, и нет спасения от любопытных взглядов...
— Дорогая, наконец-то, я уже начала волноваться! — Дайана, высокая худощавая блондинка, успешно скрывающая свои неполные сорок лет, взяла Монику за руку и буквально потащила за собой в центр зала.
Сопротивляться было бесполезно — все равно что пытаться остановить мчащийся на полной скорости локомотив.
— Задержалась в ателье, ты же понимаешь...
— Нет, моя милая, не понимаю. — Громкий голос хозяйки обращал на себя внимание гостей. — Совершенно не понимаю, как молодая и красивая женщина может до позднего вечера сидеть на работе, когда вокруг столько удовольствий. Тебе давно пора найти мужчину, который...
— Прошу тебя! — Моника умоляюще сложила руки. — Лучше предложи мне бокал вина.
На ее счастье, в дверях показалась пожилая пара, и Дайана бросилась к новоприбывшим. Стараясь не оглядываться, чтобы не встретиться взглядом с кем-нибудь из знакомых, Моника направилась к барной стойке и попросила смешать коктейль покрепче. Она редко прибегала к подобному способу расслабиться, но сегодня был настолько трудный день, что без допинга не обойтись.
Во-первых, Джастин снова перепутала адреса клиентов и отослала вечернее платье с глубоким декольте мистеру Проттеру, а белоснежный смокинг — мисс Холли. Над этим можно бы и посмеяться, не повторяйся такие ошибки примерно раз в месяц. Ох уж эта Джастин, о чем она только думает! Конечно же, о своем смуглом принце, который ждет ее в открытом кафе, теребя от нетерпения бахрому на скатерти. Влюбленные теряют голову...
Ну да, это Моника уже проходила однажды: вырастают крылья и небо манит, и ты поднимаешься все выше и выше, головокружительно высоко, а потом — бах! — и камнем падаешь на землю. Хороший урок преподали ей однажды, надолго запомнился. Это как прививка — сначала очень больно, зато потом ничего не страшно.
О чем она думает? Эти воспоминания приходят в самый неподходящий момент, чтобы расстроить окончательно. И так судьба в последнее время преподносит ей только неприятные сюрпризы...
— Моника, что это ты пьешь?
— Цикуту, — раздраженно ответила она, не оборачиваясь, и тут же пожалела о своей резкости. — Извини, Майкл.
— Ничего, со мной можно не церемониться.
Он уселся рядом, и Моника искоса взглянула на своего сводного брата. До чего же хорош! К мужчинам с подобной внешностью невозможно испытывать родственные чувства, особенно если родство заключается лишь в том, что его отец был женат на ее матери.
— Как дела, сестренка? — Удивительно нежный голос, белоснежная улыбка и тоненькое обручальное кольцо на загорелой руке. — Ты в последнее время выглядишь усталой.
А как еще можно выглядеть после восьми часов в душном помещении? Кондиционер сломался, а милая Джастин забыла вызвать мастера. Восемь часов и пятнадцать клиентов, и каждому нужно уделить достаточно внимания: выслушать от миссис Хоуп очередную любовную историю, а от мистера Флэшью — жалобы в адрес жены... Не модное ателье, а кабинет скорой психологической помощи.
Моника усмехнулась, представив, как вписывает в счет оплату услуг психоаналитика. А что, неплохой приработок. В конце концов, она теряет уйму времени на все эти душевные излияния, остановить которые практически невозможно. Конечно, с ней можно поделиться проблемами и огорчениями, она всегда так внимательна и добра, и дает неплохие советы во всем — от игры на бирже до способов удержать молодого любовника. Кто бы выслушал ее саму...
— Да что с тобой? — Майкл осторожно коснулся ее руки. — Проводить тебя домой?
— Не стоит, все в порядке. — Моника допила коктейль и попросила повторить.
— У тебя заболит голова.
— Это не самое страшное, что может случиться.
