— Не придуривайся, мне нужны сберкнижки и золото. Не мог же он это с собой в гроб взять?
— Кто ищет, тот всегда найдет, — ответила Надежда. — И почему это все должно быть в матрасе? Проверьте письменный стол. Может, книжки там. А какое золото могло быть у старого коммуниста?
Она ушла на кухню и стала пить чай, ожидая, когда Андрей кончит поиски. Надежда решила, что, если он найдет тайник, то пусть все достанется ему, все равно она не знала, что делать с этим богатством.
Время тянулось, Андрей все еще был там. Надежда убрала у себя, но ей хотелось прибрать немного и в комнате старика, поэтому она никуда не уходила. Но вот в коридоре прозвучали тяжелые шаги и на пороге комнаты появился Андрей, держа в руках сберегательные книжки.
— Старая тварь, успел еще весной все снять. Только на одной пятьсот рублей осталось, — в отчаянии сказал он. Мечта была разрушена, богатство потеряно.
Поднявшись, Надежда спросила, может ли она теперь убрать в комнате, чтобы переехать туда. Он кивнул головой. Оставив его одного, девушка вошла к старику. Тайник не найден! Она с сожалением подумала, что лучше бы Андрей нашел. Находиться в одной комнате с этими зубами и камнями было очень противно. Еще есть время, думала она, чтобы отдать все. Себе этой мерзости она не хотела оставлять. Услышав, что Андрей собирается уходить, она остановила его и предложила взять все, что он считает нужным. Она не хотела хранить ничего. И картины, и мебель казались ей забрызганными человеческой кровью, но парень сказал, что вернется попозже, тогда и посмотрит.
Рукописи старика Надежда решила сжечь, одежду тоже. Она знала, что на пустыре за домом многие люди сжигали ненужные вещи. Еще было светло, но Надежда включила лампу — в полумраке мерещились какие-то страшные тени. Уборка затягивалась, надо было сложить бумаги, книги, всякую мелочь. В руки ей попался альбом со старыми фотографиями. На них было много людей в военной форме. Девушка попыталась найти среди них комиссара Богустова. В одной группе Богустов стоял в стороне от других. «В этом проявлялся его характер, — подумала Надя, — не лезть вперед, стоять с краю, но зорко следить за тем, что происходит в центре». На другой фотографии рядом с Николаем Степановичем стоял высокий красивый человек с доброй улыбкой. «Может быть, это и есть его друг, которого полюбила Варвара», — решила девушка.
Она увлеклась разглядыванием фотографий, как вдруг услышала тихий скрип двери, потом крадущиеся шаги. На Андрея это не похоже, он всегда врывался, как вихрь. Девушка затаила дыхание. Она прислушивалась, но за дверью воцарилась тишина. Может быть, ей померещилось и это испуганно стучало ее собственное сердце? Ключ есть у Андрея, Вадима и у нее. Надежда тихо поднялась, подошла к двери, отворила. Свет в коридоре не горел. Не успела она дотронуться до выключателя, как лампа погасла и в комнате. Наступила темнота. Девушка пыталась прислушаться, но стук собственного сердца заглушал все другие звуки. Не веря в Бога, она все же попросила дух старика оставить ее в покое. Дрожащими руками нащупала свечу на полочке, бросилась за спичками, но обо что-то споткнулась и упала.
Послышались шаги за спиной, Надежда вскочила на ноги, подбежала к окну, схватилась за штору, чтобы впустить свет уличного фонаря. Чьи-то руки обвили ее сзади, повалили на пол. Она попыталась вырваться, стала кусаться, царапаться, как зверь, колотить кулаками чье-то тело. Наконец ей удалось вывернуться и отбросить тяжесть от себя, но не успела она вскочить на ноги, как сильнейший удар по голове свалил ее с ног. Комната поплыла перед глазами. Надежда поняла, что это конец…
Сколько прошло времени и как долго она лежала, Надежда не знала. Все тело болело, она никак не могла вспомнить, что здесь произошло. Ощупывая себя, она убедилась, что платье порвано. Тогда, догадываясь уже, что случилось, несчастная девушка поднялась на подкашивающиеся ноги, но голова у нее закружилась. Она пощелкала выключателем — свет не загорелся.
При свечах Надежда осмотрела комнату — никого не было, она посмотрела на пол — там расплылось большое кровавое пятно. Надежда увидела, что ее платье тоже окровавлено, и струйка крови стекает по ноге. «Нет, нет, только не это!» — в ужасе простонала она и опустилась на колени, воя, как раненый зверь. В голове звучали слова ее тетки: «Позор, позор, позор…» Но кто сделал это? Неужели старик вернулся с того света, надругался над ней за то, что в церкви желала ему мучительной смерти? «Кто, кто?» — мысли путались в ее голове.
Вадим вернулся в «Асторию», как договаривался с Людмилой, в восемь часов и прошел прямо к ней в кабинет. Она сама распахнула перед ним дверь, — повеяло дорогими французскими духами.