Звезда полынь полностью

Вячеслав (в трубку). Ну, ты чего?.. Были две… книги… Книги, говорю!.. Сейчас посмотрю! (Опускает, но не вешает трубку, уходит в боковую дверь, через некоторое время выходит оттуда с курткой в руках и спортивной сумкой, в которой брякает бутылочное стекло. Подходит к задней двери, выглядывает в нее, снова закрывает. Достает из сумки темную бутылку вина и разглядывает этикетку. В это время в зеркале снова появляется Юноша. Вячеслав берет трубку). Книги называются «Путешествие на Кавказ» Дюма! Две штуки. Хватит?.. Очень интересные книги!.. Сейчас иду! (Вешает трубку, засовывает бутылку в сумку и обращается к Юноше). Что подглядываешь? Нехорошо. Видишь, какой я стал?

Юноша (усмехается). Да-а, старик, кино!

Вячеслав (надевая куртку). А сам-то не кино гонишь?

Юноша. Все гонят, а я рыжий, что ли?

Вячеслав. Но ты же — не все? Ты ж не испорчен еще, еще готов чисто дружить, любить… Столько задатков!

Юноша. С кем дружить-то? В нашей компании главное — чтоб все ржали, чтобы только смешно было.

Вячеслав. Не ной. Ты ж занят хорошим делом: книги, музыка. Чего тебе еще?

Юноша. А куда деться? Эта ваша жизнь, где хочешь достанет! Тошнит уже от нее! Только и могу быть с дневником да с музыкой.

Вячеслав. Неужели так всё плохо?

Юноша. Н-нет, есть к-кое-что.

Вячеслав. Что, например?

Юноша. Н-ну, девушки.

Вячеслав. Как у тебя с ними? Ты уже?..

Юноша (смущенно опустив глаза). Нет. Еще нет.

Вячеслав. Неуверен?

Юноша (запальчиво). Не в этом дело!

Вячеслав. Ну, ладно… Вот видишь: не всё просто в этом мире.

Юноша (вздыхает). Ты сильно взрослый. С тобой скучно.

Вячеслав. А чего пришел?

Юноша. Одиноко.

Вячеслав. Ничего, и мне одиноко. Зато какой эфир для полетов! Просто надо не ныть, а крылья отращивать. А тебя, дурачок, тянет пока только пить, травку смолить, девки развязные. (Возмущенно). Кино мне тут гонишь, тошнит тебя, видишь ли, от грязи!

Юноша. Какой ты зануда!

Вячеслав. Но ведь все, что тобой было, стало мною, непонятно? Ничего даром не бывает, даже сыр в мышеловке — за все, дружок, надо платить, и платить жизнью. Вот так-то! Ладно, я побежал. Чао! Держи хвост пистолетом!

Вячеслав отворачивается от зеркала. Юноша исчезает.

Вячеслав хватает сумку, брякающую стеклом, идет к задней двери и сталкивается в дверях с Павлом Степановичем. Павел Степанович одет в светлый костюм и белую рубашку с галстуком; из-под расстегнутого пиджака заметен солидный живот. Вячеслав отступает, пропуская Павла Степановича в комнату.

Вячеслав. Добрый вечер, папа. Сегодня ты рано.

Павел Степанович. Привет. Спешишь?

Вячеслав. Да. Товарищ пригласил книги посмотреть.

Павел Степанович. Может, подождет? Хочу поговорить с тобой. Как у тебя с работой?

Вячеслав (тихо). Ты же уже знаешь? Я бросил работу.

Павел Степанович. В чем причина, можно узнать?

Вячеслав. Не хочу объяснять. Конфликт.

Павел Степанович. И что ж ты намерен? В университет поступать?

Вячеслав. Нет.

Павел Степанович. Учиться не хочешь, работать — тоже…

Вячеслав. Я хочу работать. Писать.

Павел Степанович (раздражаясь). Но это ж не работа! То, что ты пишешь, или там на гитаре бренчишь, никому не нужно и не интересно, кроме дебилов из подъезда. Заработай хотя бы сто рублей этим, и я поверю в твои способности. Мы с матерью, конечно, в состоянии тебя прокормить, но это будет безнравственно и с нашей, и с твоей стороны. Ты ведь уже взрослый человек.

Вячеслав (тихо). Не надо меня кормить.

Павел Степанович. Сиди, пиши вечерами, пусть это будет твоим хобби, а днем будь здоров трудись.

Вячеслав. Вечерами я и так занимаюсь.

Павел Степанович. Чем? Что-то я не вижу.

Вячеслав. Стараюсь совершенствовать то, что дала природа — разве это не дело?

Павел Степанович. У тебя на все есть возражения, причем самые демагогические. Вот куда ты сейчас? Сиди и занимайся.