В одном Нэссор оказался прав. Как только Эви решила довериться Матери и перестала рваться к Эрону, погода наладилась, выглянуло по-весеннему теплое солнце, и за окнами застучала капель. В таких условиях было еще сложнее оставаться на месте и ждать, но каждый раз, когда ее сердце сжималось от дурных предчувствий, она повторяла себе: «Помни, что все будет хорошо». В остальном же садовник ошибся.
Эрон так и не вернулся.
***
Дни шли — монотонные и бесконечно длинные. Несмотря на слегка натянутые отношения, сестры много времени проводили вместе. Тирэн развлекал их по вечерам веселыми байками о своих торговых путешествиях, Нэссор пересказывал старые легенды о богах и истинных детях. А как только дороги просохли, их навестили лорд Фрэйл и леди Инэль, живущие неподалеку. Они буквально светились от любви друг к другу, временами забывая, что вокруг них существует кто-то еще, и Эви была бы искренне счастлива за друзей, если бы ее собственное сердце не разбилось об жестокую правду.
На осторожный вопрос, не слышали ли они что-нибудь про Эрона, Инэль сочувственно сжала ее руку, но ответила честно. Его высочество недавно заезжал к ним, а затем направился в Белый замок.
Он проехал мимо имения Тирэна. Мимо нее.
В тот вечер Эви не вышла к ужину. А на следующее утро отказалась от завтрака. Ей понадобилось несколько дней, чтобы собрать по крупицам свою гордость и снова начать смотреть на мир прямо и с поднятой головой. Больше она не собиралась ждать Эрона или ехать за ним. Матерь просила верить, что все будет хорошо, но это не означало, что Эви должна покорно сидеть на месте и терпеть пренебрежение к своей персоне. Раз уж она никакая не маэле и не жена, то сама вольна выбирать, как ей жить дальше.
После недолгих размышлений Эви решила послать весточку Нэн, и, если такое возможно, посетить храм, а потом написать Интии о желании воспользоваться давним приглашением и присоединиться к ней в поездке по континенту. Она как раз сочиняла одно из писем, постоянно отвлекаясь на птичий гомон под окнами и непривычную суету за дверью, когда в ее комнату постучала служанка Тирэна.
— Госпожа, там приехал важный лорд из столицы! Он желает вас видеть.
Девушка выглядела взбудораженной, ее глаза расширились от восторга, — ну, еще бы, за последние месяцы у них только и бывали, что важные гости, а тут очередной! — и Эви передалось ее волнение. Забыв о недописанном послании, она вскочила, едва не опрокинув чернильницу, но взяла себя в руки.
— Что еще за лорд? — спросила она, приглаживая растрепавшуюся косу.
— Советник его высочества, — просияла девушка. — Лорд Дэин.
Радость вспыхнула в груди, но тут же сменилась приступом паники. Мысли взметнулись стайкой потревоженных птиц: «Почему Дэин здесь? Он приехала за мной? Или с Эроном что-то случилось?» — но Эви уже спешила навстречу гостю.
— Госпожа Эвелин. — Советник улыбнулся при виде нее, и морщинки вокруг его усталых глаз стали заметнее. — Слава Матери, вы здоровы.
От его улыбки от сердца немного отлегло, и она пересекла гостиную и протянула руки, чтобы поздороваться со старым другом. В комнате уже со скучающим видом сидела Элия.
— Что привело вас сюда? — как можно спокойнее спросила Эви, когда после вежливого обмена любезностями они уселись на диван.
— У меня указ его величества сопроводить вас и вашу сестру в Эфри.
— В Эфри? Король хочет видеть нас в столице?
По лицу Дэина скользнула тень.
— Не совсем, — ответил он, опустив глаза. Впервые на ее памяти. — Вам не придется заезжать в Белый замок, вас ждут в порту.
— Не понимаю, — растерялась она.
Элия, сидящая рядом, внезапно выпрямилась и сжала ее руку до боли в пальцах.
— Также у меня послание от его высочества, заверенное королем и верховной жрицей Эфрии, — добавил советник, вытянув из внутреннего кармана слегка помятый конверт с королевской печатью, и протянул Эви.
Бумага была теплой и гладкой на ощупь. Эфрийский герб, отлитый в сургуче, сломался под дрогнувшими пальцами, и звук отчетливо прозвучал в напряженной тишине. Эви расправила письмо. Официальный сухой тон резанул наотмашь, и буквы на мгновение расплылись перед глазами. Слова складывались в предложения, смысл которых доходил медленно, но каждое отпечатывалось в памяти, как раскаленное клеймо в живой плоти.
— Так, значит, — она подняла взгляд, — Эфрия во мне больше… не нуждается? — голос задрожал от едва сдерживаемой ярости. — И за оказанные услуги… мне полагается…
Горло сдавило так, что стало больно дышать. Ее будто заново пронзила стрела, на этот раз попавшая прямиком в сердце. Оказанные услуги… Услуги?! Бумага с хрустом смялась в сжатом кулаке.
— Я понимаю ваши чувства, — начал Дэин.
— Он что, — перебила Эви, — всерьез собирается вышвырнуть меня из Эфрии? Да как он смеет… — От переполняющих эмоций она не заметила, как перешла на свой язык, и смысл щедрой порции ругательств полностью дошел только до Элии.
Та выхватила скомканное письмо из ее рук и, вскочив, нервно заходила по комнате.
— О Владыка всего сущего, — пробормотала она, резко остановившись. — Эви, это же целое состояние! И корабль! А потом он пишет, что…