— Дорогой мой младший брат. — еле шевеля губами прохрипел белый сиф. — Вот и сделал я все что былом мной задумано. Теперь ты хранитель пламеня. Возьми мой меч и исполняй волю нашего отца. — веки Кирфаэля опустились, и он испустил последний вздох. Дэй же стоял, объятый великой скорбью. Обессиленно упав на колени перед братом, он обнял его мертвое тело и прижал его к себе.
— Что же я наделал, брат мой… — тихо пробормотал он обреченным голосом. — Прости меня, о милый мой Кирфаэль.
Свет померк, скрыв фигуры двух сифов. И снова Феликс оказался в грозовой туче, но теперь, за место рокота грома, он слышал множество голосов. Он сразу узнал в них изящное и переполненное злом наречие зоарийцев. Голоса пели в унисон, и вместе с ними Феликс улавливал шорох камней. Затем тучи немного расступились, и маленький никс увидел, как несколько закутанных в длинные черные одежды фигур стоят вокруг той самой гробницы, в которой были воскрешены Дэй и Эн. Крышка каменного гроба вновь была закрыта, и еле дрожала, как тогда, когда Феликс видел казнь Арка. Вокруг него были разбросаны трупы замученных людей, а перед гробницей стояла мрачная бледнокожая жрица, которая выливала на холодный камень гроба кровь жертв.
Феликсу не хотелось смотреть на этот преисполненный отвращения ритуал, но, по-видимому, страшное действо уже подходило к концу, а поэтому маленький никс заставил себя повернуть голову и взглянуть, что будет происходить дальше. С неприятным тяжелым скрежетом, крышка в конечном итоге отъехала в сторону, и все присутствующие обратили восторженные взгляды на то, что было внутри. На долю секунды Феликс увидел, как в темной воде, которая наполнила гроб до краев, показалось лицо, а потом вновь исчезло. Заметив его, зоарийцы растерянно переглянулись, а на восторженном лице молодой жрицы вдруг появилась недовольство. Нахмурив длинные белые брови, она яростно ударила кулаком по стене часовенки, которая стояла за ней, и та окончательно обвалилась, накрыв грудой серой земли и камней половину древнего гроба.
— Это не он! — со злобой прошипела женщина на языке эйнов.
Фигуры темных служителей сжались, будто боясь, что их сейчас ударят плетью, и один из них что-то сказал на зоарийском. Жрица, кривя свое лицо в недовольстве, еще раз кинула быстрый взгляд на гроб, после чего махнула рукой, дав короткий ответ на том же языке.
Тучи скрыли эту картину, а потом явили новую. Теперь Феликс видел пустые каменные стены темницы, которые были освещены таким холодным светом, пробивающимся сквозь отверстия в потолке, что маленький никс невольно поежился, глядя на эти тусклые безжизненные лучи. Даже он, житель северных краев, не мог представить, что кто-нибудь мог бы долго находиться под таким мертвым и гнетущим светом. Помещение, в котором он находился, было очень тесным, и больше напоминало дно колодца. На одной из стен, прямо перед Феликсом, прикованный тяжелыми цепями, висел мужчина, длинные темные волосы которого спадали вниз и полностью скрывали его лицо. Он был невысокого роста, но при этом его полное силы тело придавало ему грозный вид. И хоть с первого взгляда Феликс не увидел никаких повреждений и признаков истощения, мужчина висел на цепях так, будто уже давно растерял все свои силы.
Пока Феликс старался разглядеть укрытое в тенях лицо незнакомца, рядом с ним открылась железная дверь, а мгновение спустя в проеме мелькнула рука с ведерком, которая окатила заключенного водой. От этого поступка тот пришел в сознание и заревел так, будто его облили кипящим маслом. Он стал рассеянно водить взглядом по темнице, и Феликс подумал, что он должно быть ослеп, но тут глаза незнакомца остановились на все еще раскрытой двери, в которую теперь вошли несколько человек. Сначала в камеру вступили двое одинаковых стражников, которые не были похожи на зоарийцев, хотя что-то общего в чертах лица у них все-же было. Встав по обе стороны от прохода, они застыли у темных стен, почти слившись с окружением в своих серых накидках. Феликс смог увидеть, что за дверями столпились еще много других солдат, но все поместиться в камеру они просто бы не смогли. Следом за этими двумя, внутрь вошла закутанная в черные одежды молодая женщина, которую Феликс сразу же узнал. Это была Каа, которая, если судить по ее мрачным одеяниям, еще не получила титул королевы. Это была та самая принцесса, которую Феликс видел молящейся у огненного алтаря. За ее спиной маленький никс увидел еще одну зловещую фигуру в уродливой железной маске и высоком стальном колпаке. Этот странный человек держал в руках длинный шест с круглым наконечником, похожий на кочергу, которой двигают горячие горшки в печи. Лишь по мертвенно бледным ладоням Феликс определил, что это был зоариец.
Пройдя внутрь, Каа с придирчивым любопытством оглядела помещение, словно надеясь увидеть здесь кого-то еще, и только потом обратила свои золотые зрачки на заключенного.
— Я хочу видеть его лицо. — повелительным тоном проговорила она.
