В общем, само присутствие гостей после новости об уничтожении старинного врага как-то даже померкло немного. Пару раз кто-то подошел с требованиями раскрыть координаты муравейника, но такие умники были посланы далеко и надолго. И дело даже не в том, что «самим нужно» — не так уж и нужно, на самом деле. Просто в муравейнике слишком много надписей на киннарском. Вряд ли в содружестве станут разбираться, откуда и как так получилось, что атланты пользуются тем же алфавитом, что и страшные муравьи. Устраивать войну в содружестве было бы плохим ответом на гостеприимство. Хотя атлантов бы не помешало немного окоротить.
Ажиотаж постепенно утих, и гости вернулись, так сказать, к программе праздника. Герман вчера написал целую речь для Тианы, которую она с успехом продекламировала. Ничего сверхъестественного. «Очень рада, что встретила братьев по разуму, народ киннаров будет счастлив познакомиться с содружеством», и прочие подобные благоглупости. Впрочем, слушателям в основном понравилось, особенно фраза про братьев по разуму, она здесь была новой.
Официальная часть закончилась, и все присутствующие начали фланировать по залу. Конечно, каждому было интересно познакомиться с новичками, но и друг о друге не забывали, так что очереди не возникло. А потом Герман обратил внимание, что по краям зала стоят столы с яствами. У кислорододышащих выбор был не слишком большой — только стол для атлантов и василисков. Вот к последнему Герман и начал невзначай продвигаться, прихватив предварительно со стола атлантов пару сосудов с какими-то напитками. Тиана, которая немного отстала, заболтавшись с какой-то важной минотаврихой, догнала напарника уже практически у стола.
— Герман, ты что, хочешь пробовать чужую пищу?
— Ну да, — покивал Лежнев. — Видишь, там написано, что не является ядом для атлантов? Значит, и для нас должно сойти.
— Все равно как-то странно. Мы даже не знаем, из чего эти блюда сделаны!
— О, так в этом самый смак! — улыбнулся Лежнев. — Если знать, то я наверняка это есть не стану, а так есть шанс попробовать.
На самом деле, ему просто до одури хотелось мяса. Накануне они все-таки заказали еды. Чтобы не рисковать, выбирали пищу, подходящую для атлантов. Правда, купить что-то такое удалось только с помощью Чипа и Дейла, на черном рынке. Не потому, что атлантская еда запрещена, просто они живут на планете изолированной общиной, и своими продуктами питания не торгуют. А покупать пришлось рационы, добытые какими-то то ли пиратами, то ли мародерами с погибшего атлантского корабля. Рационы продавались по бросовым ценам, и представляли собой невнятное месиво из травы и овощей. Тиана съела не без удовольствия, а Герман готов был уже на стенку лезть, так ему хотелось мяса.
Кухня василисков его в этом плане удовлетворила полностью. Они, похоже, вообще не принимали иной пищи, кроме животного происхождения. Хотя поначалу Лежнев этого не понял. Он постоял возле исходящего ароматным паром блюда, наполненного, как ему представлялось рисом с кусочками мяса. Пахло очень вкусно, и он решился.
— О, да ты, смотрю, гурман! — сзади к ним с Тианой подошла Белозубая. — Рада, что тебе нравится наша пища. Личинки песчаных шершней дивно хороши, не правда ли? И мясо взрослых особей лишь оттеняет их тонкий вкус!
Если бы Герман не был занят заливанием пожара во рту, он бы, может, как-то отреагировал, но после того удара, который получили его несчастные вкусовые рецепторы, никакой брезгливости в нем уже не осталось. Парень решительно не понимал, о каких оттенках вкуса говорила Белозубая. Что вообще можно почувствовать, если блюдо настолько острое?! И ладно это была бы острота перца. Нет, это было что-то среднее между острым перцем, самым ядреным хреном, который только можно было попробовать, и горчицей.
— Мне как будто доской по затылку заехали, — пожаловался он собеседницам, как только смог говорить. — Наверное, это вкусно, но я, пожалуй, недостаточно хорош, чтобы этот вкус оценить!
