– Надеюсь, вам и не придется, – сказала Каури. Она подняла платформу повыше, а Горо со своими солдатами погрузились на свой миниатюрный линкор. – Я думаю, сенат поймет все правильно.
– Я хотел бы увидеть Кобба, – сказал я. – И Бабулю. Людей, которых вы нашли.
– Это можно устроить, – сказала Каури. – Если вы последуете за «Плывущим вверх по течению», мы приведем вас к вашим соплеменникам.
– Спасибо, – сказал я.
Хана подняла сжатый кулак, и Каури с подчиненными отправилась через пески к своему кораблю.
– Полный сюр, – сказала ФМ.
Я кивнул.
– Не тот прием, который я ожидал встретить.
Но они вели нас к Коббу, и никто из моих людей еще не оказался на острие клинка кицена, сверкающего или еще какого-либо.
Думаю, это означало, что мы справляемся.
Мы пролетели вдоль береговой линии и приземлились возле «Плывущего против течения» на другом пляже под скалами, которые защищали возвышающийся город Источник Снов. Каменные скалы явно были со временем превращены ветром в гребни, песчаник был испещрен сотнями красно-оранжевых слоев. Я приказал звену оставить тейниксов в ящиках на кораблях – кицены знали о гипердвигателях, но я все равно не хотел афишировать, что их у нас так много. Я оставил Милашку и Бабаха вне ящика, но строго велел им не покидать корабль. Мне нужен был хотя бы один гипердвигатель, к которому мы могли бы быстро получить доступ, если что-то пойдет не так, и хотя существовал риск, что они не подчинятся, игра все же стоила свеч.
Я присоединился к Каури, а мое звено и медики последовали за нами. На пляже было полно киценов, которые играли в прибое и отдыхали на песке – по крайней мере, пока не заметили нас. Мы были для них великанами, и я внимательно следил за тем, куда ступаю, не желая затоптать чье-либо место для пикника.
Эти кицены развлекались, совершенно не обращая внимания на войну с Верховенством. Мы же были чужаками, несущими с собой конфликт.
Несмотря ни на что, конфликт все равно приближался к ним, но мне казалось трагичным нарушать их покой. Интересно, каково это – жить в таком месте, где в любой день можно отправиться на пляж, посидеть и развлечься.
Идея такого времяпровождения казалась чуждой, но приятной, клянусь звездами.
Кицены сбились в группки, наблюдая за нами. Некоторые выглядели испуганными, другим явно было любопытно, но никто не напал на нас. Каури плыла впереди, махая обеими лапами другим киценам. Я не совсем понимал, что это значит, но они, похоже, верили, что она держит нас под контролем, потому что никто больше не преследовал нас и не требовал, чтобы мы сразились с их поборником насмерть.
Мы пошли по узкой тропинке в сторону города – нет, для них это была широкая дорога. Тропа была окружена небольшими сооружениями в форме курганов, высеченными в скале или вылепленными из замысловато обработанного песчаника. Постройки имели арочные дверные проемы с прикрепленными к ним крошечными каменными или металлическими дверцами. У некоторых были вывески на языке, которого я не понимал, а у других росли цветы в горшках у входа или в ящиках, свисающих из круглых окон.
– Святые и звезды! – воскликнула позади меня Сэди. – Какое тут все милое!
Она была права. Эта картина напомнила мне историю, которую мама рассказала мне, когда я был ребенком, о человеке по имени Гулливер, который путешествовал по стране, полной маленьких людей, опасавшихся его из-за его роста. Он подружился с ними, но позже его выгнали, когда он потушил пожар во дворце, помочившись на него.
В детстве эта часть истории мне показалась забавной. Сейчас я подумал, что, может быть, маленькие люди были правы.
Я прикрыл глаза от солнца и посмотрел вверх на горный город. По мере того как дорога поднималась вверх, маленькие постройки-норки начали собираться в крошечные холмы с дверями со всех сторон и на всех уровнях, врытыми в стены скалы или вылепленными одна на крыше другой. Мне было интересно, ведут ли двери в крохотные многоэтажные домики, или каждый вход ведет в отдельную комнату, изолированную от остальных. Пока мы шли, маленькие аэрокары останавливались на обочине дороги, чтобы дать нам возможность пройти. Водители переговаривались друг с другом. Некоторые стояли слишком далеко или говорили слишком тихо, чтобы значок мог их перевести, хотя я уловил несколько слов.
– Люди вернулись!
– Не выглядят угрожающе…
– Нельзя доверять, вы только посмотрите…
– С ними дионеец, значит ли это…
Я оглянулся и обнаружил, что Киммалин остановилась и наклонилась возле чего-то похожего на ландшафтный магазин с бочками, стопками кирпичей и почвопокровными растениями, разложенными по типам. Один кицен ждал впереди, пока двое других с помощью большой металлической лебедки грузили огромный декоративный камень в кузов грузового аэрокара.
Я не мог расслышать, что сказала Киммалин, – у нее не было значка-переводчика, так что ее все равно бы не поняли. Но затем кицены отступили назад, и Киммалин подняла камень – размером всего в половину ее ладони, но все же огромный для крошечных существ – и положила его в кузов грузовика.
