– Айк – демократически избранный президент, а не монарх. И потому сделает не то, что ему хочется, а то, что захочет американский народ – то есть мы.
– Джентльмены, я напомню, что весной мы договорились – Вьетнам отдавать коммунистам нельзя. Если они в него так вцепились, значит, чем-то он для них ценен. Напомню вам и про «теорию домино» – риск, что коммунизм после распространится дальше, в Бирму, Малайю, Таиланд. Наконец, если мы бросим на растерзание своих вьетнамских союзников, не приведет ли это к тому, что с нами просто перестанут договариваться? Кто тогда захочет встать рядом с нами в строй, бороться с мировым коммунизмом?
– А если удерживать Вьетнам уже нет возможности? И есть риск, что очень скоро там мы будем иметь дело не только с бандами Дяди Хо, но и с русскими и китайцами. Которые только того и ждут – если уже и Лаос подписал пакт с Москвой. Черт побери, если уже и Сталин заявил, что «при нарушении суверенитета Лаоса советские войска там будут действовать не только оборонительно» – это же прямая угроза русского вторжения в наш Вьетнам!
– Ну мы же пока не собираемся влезать в Лаос? И Чан Кайши еще не капитулировал. Так что я полагаю, во Вьетнаме мы еще можем остаться какое-то время. В конце концов, можем перебросить туда еще две-три дивизии.
– Если найдем, откуда их снять. Глобальное господство, это прекрасно, но требует также глобального военного присутствия. А в результате сил банально не хватает на всё. Если даже в Европе, где советский блок имеет, по самой скромной оценке, пятьдесят полностью боеготовых дивизий – и в недельный срок это число может быть доведено до сотни с лишним, у нас всего шесть дивизий в Бельгии, Голландии, Дании, Норвегии. Правда, считается, что эти страны при мобилизации могут дать еще двадцать две, но всем ясно, что времени на это не будет: пока мы объявим мобилизацию, сформируем армию военного времени, дадим ей время на сколачивание и обучение, перебросим в Европу – русские уже будут мыть свои сапоги в Ла-Манше и Гибралтаре! Это при том, что Франция ведет себя как последняя шлюха, при каждом кризисе спеша объявить о своем «нейтралитете», а Испания склонна скорее дружить с СССР, чем воевать. И максимум, на что мы можем рассчитывать на европейском театре, это успеть спасти Британию от коммунистического вторжения – и то с крайне туманными перспективами, ибо возможности авиации (а теперь еще и ракет) Советов намного выше, чем люфтваффе в сороковом. То есть все наши парни, кого мы держим в Европе сейчас (и кого успеем туда перебросить после начала), это с высокой вероятностью мертвецы или пленные в случае начала большой войны.
– Ну, во-первых, сейчас они там нужны для присмотра за нашими европейскими союзниками – чтобы не смели смотреть на восток. А во-вторых, они обеспечат нам хотя бы шанс нанести первый удар. Когда наши бомбардировщики успеют взлететь с аэродромов Дании или Голландии.
– А какие шансы, что долетят? Вам напомнить, что было весной над Ханоем?
– Шанс есть. В-52, который сейчас поступает на вооружение наших бомбардировочных эскадрилий, это, бесспорно, лучший самолет в своем классе. И если вооружить их ракетными самолетами-снарядами, то это даст нам возможность наносить удары хоть по Москве, хоть по Киеву или Свердловску, не входя в зону русского ПВО. Даже если какую-то часть этих летающих роботов собьют – не критично, мы завалим русских тысячами, десятками тысяч этих атомных убийц, вбомбим красную Империю в каменный век!
– А в это время их стомегатонные бомбы будут падать из космоса на наши города. И на Йеллоустоун, – возмутился Эдисон, – при том, что Джо готовится к подобному, а мы нет. И если Лазарева не врет – а это более чем вероятно, – у нас не получилось победить русских даже там, при гораздо лучшем раскладе. Вам так хочется сдохнуть в герметичном бункере с картинами и коврами, как это описал русский фантаст Efremof? Кстати, надо уделить ему внимание – не из иной реальности ли он?
– А вы понимаете, что мы сейчас имеем абсолютно реальную перспективу оказаться аутсайдерами? Ладно, предположим, что Сталин это воплощение голубя мира, оставим месье Фаньеру пугать публику, что «завтра Советы вторгнутся, и всех погонят в kolhoz и gulag». Но кто, когда и где в этом мире уважал слабых и считался с их интересами? Вы понимаете, что теперь русские будут нам навязывать «равноправные и взаимовыгодные» договоры, вроде тех, которые мы с индейцами заключали? Кто-нибудь хочет оказаться в роли индейцев – пусть даже через тридцать, пятьдесят, сто лет?
