Травинка многое хотела ему сказать, но ей довелось лишь мельком увидеть брата — девушку показали и увели, не дав даже перемолвится словом. Она заперлась в отведенном ей покое, и ждала, со страхом ожидая, что дверь распахнется и Марк заберет ее домой. Однако Эйрик сдержал слово — новый знаменосец фригольда получил весьма холодный прием. Девушка не знала, да и не очень хотела знать, что они решили насчет разбитого винтокрыла и насчет беглецов, однако по следам группы Динамита люди брата не пошли. Как и предсказывал дядя, отправились назад — видимо, в колонии было много дел после установления новой власти.
То же самое произошло с группой всадников Народа Трав, на исходе дня приехавших за Лэндо. Эйрик не отдал и его. Впрочем, прибывшие воины успели пообщаться с принцем и с удовольствием остались на ночь, разделив вечернюю трапезу с землянами, а уехали не с не пустыми руками. На ферме разводили ездовых цезарей и дрессировали кархов, так что Народ Трав всегда с удовольствием торговал с землянами. Посланники обзавелись несколькими новыми скакунами и кипой ярких тканей, добываемых с шелковых птиц, после чего отправились восвояси.
Травинка ждала, что на ферме вот-вот появится мама, раз забрать ее не получилось у Марка. Но она не приходила, и Эйрик успокоил девушку:
— Мы говорили с ней. Пока поживешь у меня. Тебе нужно успокоиться и принять…
Принять! Ясное дело, что они хотели, чтобы она смирилась и поняла, что у нет другого выбора, как вернуться домой и подчиниться воле матери. Поверить, что Сигурд мертв и больше не придет за ней. Травинка не собиралась ничего принимать — даже при мысли сердце начинало яростно стучать, кровь приливала к щекам, а на языке вертелись плохие слова. Эйрик улыбался, говорил про кровь отца и уходил, предпочитая не спорить с взбалмошной девчонкой, а Венди и Сюгретта вскоре завалили ее работой, чтобы отвлечь от дурных мыслей.
А на исходе третьего дня вернулись провожатые Динамита.
— Отец, в Шторме что-то неладное творится, — сообщил Ярослав, рассказывая о путешествии, — Очень странное.
— Там всегда неладно, — проворчал Эйрик, — Лучше не соваться вообще.
— Да, но в этот раз… Мы заночевали на старой лежке, на холме, вместе с копьем Динамита. Всю ночь в руинах мигал свет, очень странный. И доносились странные звуки.
— Что странного?
— Я такого не видел и не слышал прежде, — признался юноша, уже рожденный в Единстве, — Помнишь, мы ездили к Пылающему Рогу? Так вот, свет такой, как будто Малое Древо пробуждается на рассвете… Я даже сделал запись на вокс.
Травинка видела эту запись. Среди мрачных клыков разрушенных зданий Шторма в ночи мягко мерцал золотой огонек. Зонтик, зарница игг-света на бесконечном горизонте, прекрасно видимая на огромном расстоянии. Огонек, кажется, медленно перемещался, то вспыхивал, то гас, и продолжалось это, по наблюдениями Восходящих, как минимум несколько часов. Кроме этого, из развалин доносилось эхо пронзительного, пробирающего до костей воя. Такой звук не могла издать живая глотка, в нем чувствовалась какая-то нечеловеческая, мертвенная жуть. Даже запись отголоска не внушала желания приближаться к его источнику.
— Любопытно, — пробормотал Эйрик, — Я слышал, в Небе видели нечто подобное на Расколотых Равнинах, не так давно. Как раз перед возвращением Сигурда из теневых земель. Не слышала, Травинка?
Девушка помотала головой и дядя задумчиво продолжил:
— Серена рассказала, когда последний раз заходила. А что Динамит?
— Сказал, что проверит, что там такое светится.
— Хорошо, — припечатал Эйрик, — Но я знаю, что он там найдет.
— И что же? — осторожно спросила Травинка.
— Кучу дохлых Червей, — улыбнулся Эйрик, — Отсвет игг-оружия сложно перепутать. Сдается мне, в нашем Круге появился сильный Восходящий. И, я-то знаю, скоро мы услышим имя его владельца.
И больше, сколько они не спрашивали, он не сказал ничего.
Выйти из Домена оказалось весьма нетривиальной задачей.
Существовало два способа: через Стрелу, которую мы по понятным причинам не могли использовать, либо — активируя «обратную» Руну-Ключ, переносящую гостя в место активации Ключа-входа. Иногда вход-выход зашивали в одну Руну, но в нашем случае — нет, потому что хозяйка Серебряного Замка не собиралась отпускать гостей. Стал ясен строжайший запрет фригольда на использование Рун такого типа: по сути, приглашение были билетом в один конец, а чтобы получить обратный, требовалось хорошенько потрудиться. Впрочем, если учесть, что многие Домены представляли собой некие площадки для испытаний Восходящих, такое положение вещей выглядело вполне логичным.
В моей Скрижали имелась Руна-Ключ Серебряного Замка. Но дело осложнялось тем, что в Домен из руин Шторма меня перенесла вызванная Азимандия, а не Ключ. Соответственно, точка привязки для возвращения у меня отсутствовала. Это открытие здорово остудило мой пыл — пожалуй, стоило трижды подумать перед любым подобным прыжком в неизвестность. Назад можно уже не вернуться — по сути я находился в запертой ловушке за миллиарды километров от всего, что было мне дорого.
