— Я понимаю тебе сейчас не легко, но если ты слезешь, хотя бы мне будет немного полегче после падения и удара о пол.
— Да, прости.
— Ничего, как там твои губы? — я стал разминать спину и конечности, круговыми движения и втираниями рук.
Она убрала ладонь. Облизнула кровь. Треснувшая, посередине нижняя губа, стала еще пухлее и привлекательнее за счет, тонкой кровяной полоски.
— Очень красиво. — не удержал я вольную реплику не по делу.
Она улыбнулась, но тут же опять скривилась от боли и чертыхаясь, приставила пальцы к губам.
— На вот намажь вот этим, к вечеру заживет. — я протянул ей тюбик биоклея, самый раз для таких случаев и мелких порезов.
— Благодарю, держи. — выставила она руку, отдавая тюбик назад.
— Оставь себе. Вдруг тебе еще придется меня поцеловать.
— Только не в затылок, второго такого удара мои губы не выдержат.
Настроение наше приподнялось, и мы решились открыть двойной клинкет. Когда не знаешь, что тебя ждет впереди за следующей дверью, начинаешь по-настоящему ценить время. Вот такие спокойные, непринужденные моменты, приятного общения, с приятным тебе человеком.
— Мы же никуда не торопимся? — через некоторое время спросил я ее.
— Нет особо. Мне тоже кажется, что мы опережаем Зрячего.
— Не кажется. Мы действительно быстрее придем. Потому я хотел показать тебе одно местечко. Тут не далеко.
— Заинтриговал. Показывай, что у тебя там.
Спустя пару минут мы были у цели.
— Вот мы и пришли.
— Обычный склад. В чем подвох?
— Сейчас воочию узришь все сама, очами своими ясными.
— Очень поэтично Лучезар, только ты знаешь, нам лучше не задерживаться здесь, пока есть время наведаться в МгЛу, раньше всех. Ведь у меня там ребенок брошенный на произвол судьбы, уже проснуться должен и начать переживать. — она не договорила, увидев что я распаковываю лучшую в мире кофе машину, а потом выбираю избранные кофейные сорта. — Так ты выбрал нам уже?
— Если хочешь выбрать сама, пожалуйста.
— Какой каверзный поворот ты мне уготовил. Нет-нет, я тебе доверяю. — сразу успокоившись и забыв о ребенке на МгЛе, затихла она, села на ящик напротив и сложила как школьница руки на колени.
Вид у нее был презабавный, у меня наверно тоже. От неловкой паузы, нас отвлек звон колокольчика, подтверждающего готовность кофе, как будто по запаху мы и сами не догадались, поводя носами в приятном предвкушении. Она хотела помочь мне и стала распаковывать миленькие, с узорами серебряные чашечки, с подносом и таким же кофейником. Пока она делала все эти приготовления, я отыскал нужный ящик и активировал его содержимое. Вокруг нас все озарилось ослепительно белым светом, а потом материализовался лес. Надвинулся на нас своей зеленой густотой кроной, стволами деревьев и высокой зеленой травой с цветами и даже их головокружительными ароматами. Я подошел к шокированной Велене, поднял лежащий рядом с ней клетчатый желто коричневый плед и легко касаясь, опустил ствол ее «Перуна» вниз.
— Что это? — не скрывая волнительного удивления, вопросила она меня, впрочем, не убирая оружия.
— Это визорник. Моделирует, виртуальную реальность в пределах восьмидесяти квадратных метров. Все объекты становятся плотнее даже камней, потому кажутся настоящими. Особенность мощного силового поля.
— Для кого это все предназначалось?
— Чтобы меркурианцы не сходили с ума по отчизне и легче переносили инопланетные тяготы жизни.
— Ты еще, о всех нелегальных наркотиках Земли не знаешь, которые им там открыто вменены.
Ну еще на меркурии у людей тоже есть вкус и свои пристрастия. Визорников много, есть такие, которые моделируют Альпы. Там можно покататься на лыжах или сноуборде, или целую пустыню в квадратный километр, где можно опять же покататься на верблюдах.
Мы присели на расстеленный мной плед поверх травы, примяли его немного.
— А трава, она приминается!
— Силовое поле слабее, плюс, контактное действие предусмотрено, поддается и приминается. Как настоящая. В Альпах даже можно снеговика слепить, если солнце предусмотрено, которое подтопит снег.
Она даже положила рядом с собой «Перун», прямо на плед. Посмотрела, как то своим весом уминает плед, а под ним траву. Рядом я положил разряженную «Родину» и рюкзак. Отошел. Вернулся через минуту, с подносом, кофейником, чашками дымящегося кофе и целым набором сладостей, напоминающих восточные. Прихватил бутылку вина, испанское, не лучший вариант, но пойдет. Дополнительно к ней высокие бокалы, для красного.
— Ты умеешь удивлять!
— Наверно, но никто не умеет удивлять лучше, чем Варна с порученной под контроль ОСМой, со всеми из этого вытекающими несообразностями и некоторой долей благодати.
— Точно, без нее всего этого не было бы.
