– Лаура, с самого рождения я никогда не знала, что такое оставаться без денег. У меня было все. Я вышла замуж за твоего отца и могла себе позволить еще больше. Потом, когда я развелась с Вож… когда я развелась с Си Си и вышла замуж за Донни, у меня… у него… у нас почти ничего не было, кроме ранчо, подаренного нам Си Си. Я думала, что это не имеет никакого значения, мы и так сможем прожить в любви и согласии. – Она опустила глаза. – Но это оказалось тяжело, Лаура, очень тяжело. Мне было трудно обходиться без вещей, к которым я привыкла.
Каролина подняла голову и посмотрела на дочь.
– Представляешь, что значит самой делать себе прическу, маникюр? Стелить себе постель?
– Мама, я…
– Думаю, что нет. Я любила и люблю Донни, но у нас было такое трудное время… А потом вдруг мне позвонили из издательства «Даблдэй» и предложили за книгу аванс в полмиллиона.
– Я понимаю, – сказала Лаура.
– Я думала, что напишу милую небольшую книжку о триумфальном восхождении твоего отца к славе, но… они требовали рассказать побольше о его личной жизни, и тогда… О Лаура, я рассказала о событиях, о фактах, о которых… я ничего не знаю… А в напечатанном виде все это выглядело еще хуже, чем в рукописи. – Каролина тихо заплакала, достала из сумочки бумажную салфетку и приложила ее к глазам. – Я сказала много такого, чего…
– Ты сказала, что он использовал женщин.
– Я понимаю и…
– Мама, скорее женщины использовали его.
Каролина кивнула:
– Да, я знаю и понимаю это. Наверное, и я тоже.
– Почему же ты вышла замуж за папу, если не любила его?
Каролина слабо улыбнулась:
– Ты хоть представляешь себе, насколько глупой и впечатлительной может быть восемнадцатилетняя девушка? Когда я впервые встретила твоего отца, я была…
Лаура внимательно слушала. Каролина рассказывала, как легко и безрассудно увлеклась красивым и популярным Си Си. Она просто не могла устоять перед ним – сделала бы все, что угодно, и пошла бы за ним куда угодно.
Эти слова окончательно растопили лед в сердце Лауры. Она хорошо помнила, как неотразимый Райкер Ролей без всяких усилий проделал то же самое и с ней.
Имеет ли она право осуждать Каролину за это? Разве Каролина виновата, что оказалась замужем, не успев перевести дыхание?
Лаура сидела рядом с матерью на диване «чиппендейл» и обнимала ее тонкими руками.
– Не плачь, мама, все хорошо. Все замечательно. Не плачь больше.
– О Лаура… – рыдала Каролина. – Я виновата. Сможешь ли ты когда-нибудь простить меня?
– Конечно, смогу. Я люблю тебя, мама, и прощаю тебя.
Через час Каролина Уиллер с просветленной душой спускалась по мраморным ступеням «Мюзикленда». Дочь стояла на пороге и махала ей рукой на прощание. Она обещала матери в скором времени заглянуть на ранчо и напомнила, что Каролина может забрать в Сиело-Виста любой предмет из антиквариата в «Мюзикленде».
Когда светловолосая голова Каролины исчезла в «шевроле» трехлетней давности, Лаура вдруг осознала, как сильно скучает по своей прекрасной маме.
Улыбаясь, она вернулась в дом. Зазвонил телефон.
– Лаура, это Гриф. Три часа назад умерла Аннетт.
– О мой дорогой, мне очень жаль.
Наступило Рождество. Даллас расцветился миллионами красочных огней. Серебряная мишура, мерцающая на холодном ветру, протянулась от одного фонарного столба до другого. Солдаты Армии спасения звонили в колокольчики и благодарили прохожих за монеты, брошенные в их корзины. Рождественская музыка гремела из громкоговорителей, толпы оживленных горожан устремлялись в магазины и выходили оттуда, нагруженные покупками.
Высоко наверху в здании Объединенного банка на Фонтейн-плейс служащие компании звукозаписи «Одинокая звезда» пили гоголь-моголь и закусывали бутербродами. Лаура Маккарти испытывала особую радость в это Рождество. Человек, которого она любит, скоро должен стать ее мужем.
– Нейл! – Лаура наклонилась к уху своего вице-президента. – Я должна поехать в аэропорт и забрать там Грифа. Поруководи вечеринкой… и компанией… вместо меня.
– Не беспокойся ни о чем, Лаура, – улыбнулся Нейл Аллен. – Будь счастлива, дорогая.
– Спасибо, Нейл. Веселого Рождества!
Она поцеловала его в щеку.
Прилетев в «Лав-Филд», Гриф Детон сразу же увидел Лауру и с нескрываемым восторгом расцеловал ее. Через несколько минут влюбленные были в «Мюзикленде». Они растянулись на старом диване в библиотеке и занялись обсуждением свадебных планов.
– Завтра, в канун Рождества, – сказала Лаура, – Арто и Мисси устраивают большой прием в «Северном Далласе, сорок». На Рождество у нас будет обед с индейкой здесь… Мама, и Донни, и все остальные. А в полночь мы поженимся в этой комнате и сразу же отправимся в Черногорию. Я ничего не забыла?
– Забыла, – усмехнулся Гриф.
– Что? – приподняла брови Лаура.
– Я здесь уже почти час, а ты до сих пор не сказала мне, как ты меня любишь.
– О, Гриф! – Лаура уткнулась ему в шею. – Сейчас скажу. Я люблю тебя так сильно, что это пугает меня.
Гриф крепко обнял ее и поцеловал ее шелковистые волосы.
– Я люблю тебя, дорогая, и…
