Как все прекрасно, думала она. Этот романтический мексиканский курорт на побережье. Тихое раннее июльское утро. Мужчина, не похожий ни на одного другого мужчину во всем необъятном мире.
Завтрак стоял на застеленном льняной скатертью столе на солнечной лоджии, с которой открывался вид на спокойный Тихий океан. Тонкий аромат цветущих гардений поднимался от заполненного цветами пруда около отеля.
В небольшой вазе из чистого серебра в центре стола стояла одинокая белая роза. Большие льняные салфетки, сложенные веером, возвышались поверх серебряных тарелок.
Два высоких бокала были наполнены только что выжатым апельсиновым соком, перемешанным с охлажденным «Дом Периньон». Под серебряными куполообразными крышками покоились легкий, посыпанный сыром омлет, тонкий ломтик хрустящего поджаренного бекона и золотисто-коричневые вафли. Серебряная корзинка была заполнена кисло-сладкими булочками и горячим мексиканским хлебом. В хрустальной чаше плавали в хересе кусочки абрикосов и мирабели. Крохотные орхидеи из сливочного масла лежали в тарелке поверх колотого льда. Услаждали взор также крепкий черный кофе, свежая земляника со сливками, тонкие блинчики с черникой и пышный фруктовый пирог с кремом.
Румяная, страшно проголодавшаяся и свежая, как это июльское утро, Лаура в белом махровом халате, который доходил ей до колен, села напротив Райкера, счастливо и смущенно улыбнулась.
– Проголодалась? – спросил мужчина, взяв ее руку и потерев хрупкие костяшки большим пальцем.
– Проголодалась, – кивнула Лаура, радостно и взволнованно засмеявшись.
Райкер рассмеялся вместе с ней и сжал ее пальцы.
– Кушай хорошо, крошка. Тебе это пригодится. – И подмигнул девушке.
Лаура не могла вспомнить, когда у нее был такой аппетит. Она также не могла вспомнить, чтобы когда-нибудь у еды был такой восхитительный вкус.
Райкер отодвинул тарелку и закурил сигарету. Откинувшись на спинку стула, он наблюдал за счастливой молодой девушкой. Это было замечательное зрелище: Лаура наклонилась вперед, ее халат немного распахнулся, и под ним были видны упругие обнаженные груди. Райкер почувствовал, как мускулы его живота напрягаются от желания. Он быстро отвел в сторону глаза, молча проклиная себя за слабость.
Посмотрев на море прищуренными глазами, он спросил:
– Хочешь поспать после завтрака?
Лаура, дожевывая сладкий пышный пирог, замотала головой:
– Я не хочу спать и больше сегодня не засну.
Райкер снова пристально посмотрел на нее.
– Хочешь, сходим на разведку?
– А разве можно? – Темные глаза девушки вспыхнули от удовольствия.
Они бродили, взявшись за руки, по ухоженному пляжу, потом остановились у пристани, наблюдая, как местные дети играют в волейбол на горячем песке. Смеясь, Райкер с Лаурой забрались в шаткую деревянную лодочку, взятую напрокат, и переплыли через бухту на небольшой островок. Там они собирали ракушки под палящим тропическим солнцем. Великолепный полдень парочка провела на пляже «Ля Ропа»: они попивали коктейли, грызли орешки и играли в карточную игру кункен в ресторанчиках на открытом воздухе.
Они нашли небольшой бар, где молодой гитарист наигрывал латиноамериканские баллады. Лаура с Райкером босиком танцевали на пыльном полу, их высокие тела синхронно и чувственно покачивались в такт музыке. Трое молодых мексиканцев наблюдали за ними, потом самый смелый из них вышел вперед и тронул Райкера за плечо.
– Прошу прощения, я хотел бы потанцевать с этой красивой сеньоритой, можно?
Серые глаза свирепо уставились на смуглого юношу.
– Не смей даже смотреть на нее, приятель! – Райкер прижал лицо Лауры к своей шее, закрывая ее от юноши. – Держись от нее как можно дальше.
На его лице появилась угроза.
– А теперь – прочь отсюда!
– Райкер… – Лаура не могла поверить своим ушам.
Ошеломленный мексиканец попятился назад, подняв руки вверх, ладонями от себя.
– Я уже ухожу, сэр. Только без грубостей, хорошо?
Юноша и его спутники поспешно ретировались.
Райкер обратил свой взор на девушку, застывшую в его объятиях. В ее больших темных глазах он прочитал явную тревогу. Его лицо сразу смягчилось, и он обезоруживающе улыбнулся:
– Что он о себе думает? Тоже мне – Хулио Иглесиас! – Райкер рассмеялся и добавил: – Извини, сладкая. Я такой ревнивый, наверное, потому, что этот парень моложе и симпатичнее меня. Я просто испугался, что могу потерять мою девушку.
Лаура успокоилась и рассмеялась вместе с ним.
– Ты никогда не потеряешь меня. – Она сплела руки у него за головой.
День подходил к концу. Тени удлинялись. Парочка побрела назад к своему отелю. Местные женщины продавали на пляже яркие бусы. Райкер купил несколько штук для Лауры и сразу же нацепил все эти бусы ей на шею. Они спадали на ее льняную блузу красными, голубыми и желтыми каплями. Лаура дотронулась до бус и честно призналась Райкеру, что его подарок ей нравится больше всех подарков, которые ей дарили раньше.
В большом номере с окнами на запад скользящие стеклянные двери и тяжелые шторы были широко открыты навстречу умирающему дню. Комнаты окрасились оранжевым сиянием. Мягкий океанский бриз охлаждал неподвижный воздух.
