— Информация, — улыбнулся агент. — Что может быть ценнее здесь и сейчас?
— Но я мало знаю о внешней обстановке, — неуверенно проговорил парень. — Я же не просто так новостями интересуюсь!
— Вот и дальше интересуйся, — одобрил поведение юноши Смирнов. — Только иногда кандидатуры для беседы мы будем тебе подсказывать. Идет?
Молодой человек размышлял всего мгновение.
— Идет! Только тогда я вас постоянно вопросами засыпать буду. Не отделаетесь!
— Никаких личных вопросов, — сразу предупредил я. — Зато все остальные — всегда пожалуйста.
— Хорошо! Отлично! — радостно воскликнул парень.
Смирнов потянул меня за рукав к коридору. Я поспешил за агентом. Паренек не отставал.
— Меня, кстати, Ричард зовут! — Нагнав меня, парень вдруг протянул руку.
— Сергей! — сказал я, пожимая ее.
— Юрий! — Смирнов тоже обменялся рукопожатием с новым знакомым.
А потом начались вопросы. Ричарда, похоже, интересовало все на свете, кроме разве что родного города и планеты. Как живут на девятой станции? Есть ли собаки в Лунных Куполах? Как работают стрелочные часы на Титане, если сутки длятся там шестнадцать дней, а на циферблат умещается только двенадцать часов? Правда ли, что березы цветут радужными цветками?
Я то и дело откровенно смеялся над Ричардом, отчего парень хмурился и на некоторое время замолкал. Но вскоре лавина вопросов начинала катиться заново.
Так мы и дошли до пункта регистрации. Он располагался у южного входа в убежище. Мы в прошлый раз пользовались северными воротами, поэтому и не зарегистрировались сразу.
Эта процедура заняла некоторое время, и я успел пробежать глазами по этому небольшому залу. На его стенах находились стальные листы, приваренные друг к другу, кое-где окаймленные десятками заклепок, местами поржавевшие, местами испещренные какими-то обозначениями. Я перевел взгляд на потолок. Там были закреплены трубы. Мне за шиворот упала тяжелая капля, и я вздрогнул.
Я еще некоторое время озирался и размышлял, прежде чем мрачного вида девушка закончила заполнять бланки и одарила меня скупой дежурной улыбкой.
Получив заветный листок вместе с пайком и комплектом одежды, я развернулся, чтобы подойти к Смирнову и Ричарду, беседовавшим у стены, и тут мой взгляд упал на приоткрытую дверь южного выхода.
— Почему здесь нет охраны? — тут же спросил я у девушки.
Та не слишком хорошо понимала русский и ответила мне не сразу, тщательно подбирая слова и неправильно расставляя в них ударения:
— Меняются. Один ушел, второй не пришел пока. Дверь была закрыта. Крепко. Никто не сможет пройти через…
Я снова взглянул на дверь, затем на девушку.
— Вы смеетесь надо мной? Посмотрите — дверь открыта!
— Нет! — неуверенно возразила девушка и встала со своего места, поворачиваясь к южному входу.
Через мгновение она уже смотрела на меня, и губы ее дрожали.
— Кто-то вошел или вышел через эти ворота, — подошел ко мне Смирнов. Ричард остался стоять у стены, наблюдая за нами и проявляя все больше беспокойства.
— Надо немедленно сообщить охране! — подобрался я. — Возможно, кто-то зараженный проник на территорию.
— Где ваши солдаты? — сводя брови на переносице, спросил Смирнов у девушки.
— Они тут. Они менялись. Пришли, ушли, — затараторила та. — Я не знаю.
— Ясно, — вздохнул Смирнов.
Вдруг створки ворот распахнулись, открывая взору темный коридор с клетью подъемника в конце. В образовавшемся проеме вырисовывался силуэт мужчины. В его руке был старый пулевой автомат.
Я мгновенно выхватил из кобуры свой гравистрел, не изъятый у меня после патрулирования. Смирнов тоже не растерялся. Теперь на незнакомца оказались наставлены два ствола. Он заметил это и, не делая резких движений, аккуратно прошел в помещение. Свет упал на него, и стало понятно, что вломившийся в бункер человек — это темнокожий мужчина средних лет. Одет он был в камуфляжный комбинезон серо-синего оттенка. На шее болталась дыхательная маска, а чуть выше локтя красовалась красная повязка.
— Не стреляйте! — поднимая руки вверх, довольно чисто выговорил он по-русски. — Я охранник! Гнался за сбежавшей!
— Сбежавшей? — переспросил Смирнов, опуская автомат. — Кто-то бежал отсюда?
— Девушка. Плотная такая. С короткой стрижкой, — постарался в двух словах описать беглянку охранник. — Я ее застрелить хотел. Но не решился. Ее дело. Все равно подохнет. Мы менялись, новая смена еще не подошла, а из старой только я остался. Ждал. И только отошел по нужде, смотрю, тень мимо пронеслась. Я за ней…
Ирка. Неужели Ирка?!
Я не стал дослушивать рассказ охранника. Ничего не понимая, я рванул назад — в зал, где оставил девушку. Чисто инстинктивно моя рука переставила мощность гравистрела на минимум. После этой манипуляции я сунул «довод» в кобуру и побежал так быстро, как только мог.
Тоннели и промежуточные помещения слились для меня в какое-то серое месиво. Оказавшись в главном зале, я сразу же понесся к той девушке, которую массировала Ирка перед нашей ссорой.