— Пойдем отсюда. Времени в обрез. Нужно получить инструкции и вылетать на Зарю. Время ведь поджимает? Я прав?
— Все верно, — слабо улыбнулся прорицатель. — Все верно…
— Только у меня еще осталась на Земле парочка дел. И пока я не разберусь с ними, я не полечу!
— Поверь, Сергей, ты быстро разберешься.
Вскоре выжженный круг с котлованом остались далеко позади. Мрачный, я сидел в транспорте и равнодушным взором следил за мельтешением людей и механизмов на улицах Воронежа. От вчерашней восторженности и от утренней светлой грусти не осталось и следа. Внутри меня глухо звенела пустота.
Пропади оно все пропадом. Будь что будет! Засылайте хоть в самое пекло!
Председатель встретил меня в просторном кабинете с огромной матрицей визора в центре.
— Шамиль передал, что ты согласен выполнить задание, но у тебя остались ко мне вопросы, — хмуро сказал Петр Николаевич.
— Было бы удивительно, если бы вопросов не осталось, — фыркнул я. — Почему вы сразу не сказали, что мой дом уничтожен?
— Хотел, чтобы ты сам посмотрел на эти разрушения. После того выстрела и началась война. Это все, что ты хотел узнать?
— Вопросов все еще много, но я говорил провидцу не о них.
— Так что же ты хочешь? — удивился Председатель.
— Я бы хотел увидеть Алису Спирикову. Вашу племянницу.
— Алису? — Брови Петра Николаевича медленно ползли вверх.
— Да, — кивнул я. — Соскучился чего-то…
Председатель подумал секунду, а потом сказал:
— Ну хорошо, я сейчас ее вызову. Поговорим.
— Нет, — я поднял руку. — Наедине, если можно. Можете подслушивать, подглядывать, пушки на меня нацелить, но сами выйдите, пожалуйста, когда мы будем беседовать. Хорошо?
Петр Николаевич подумал еще секунду и снова согласился:
— Ну ладно. Если тебе так важна иллюзия конфиденциальности…
Председатель мгновенно связался по вшитому под кожу мобильному с Алисой. Значит, она тоже работала в Секретном Ведомстве.
— Помни — время дорого. И еще помни, что ты под прицелом! — напомнил мне Петр Николаевич, перед тем как покинуть комнату.
— Расслабься, — бросил ему я. — Спроси у гадалки, что будет дальше. Он тебя не разочарует.
Председатель огрызнулся и ушел, а через несколько секунд в кабинете появилась Алиса. Она почти не изменилась за эти годы. Разве только стало чуть больше морщин вокруг глаз, да лицо слегка осунулось.
— Привет, — подмигнул я ей. — Как твоя жизнь?
Аля нервничала. Не рассчитывала она встретить меня, не думала, что я захочу повидаться с ней еще раз.
— Здравствуй! — выдавила она. — У меня все хорошо. Как ты?
— Отлично! А тебе кошмары ночами не снятся? Совесть не мучает? — через силу улыбаясь, спросил я.
— Н-нет. Я ведь не знала, что так все получится. А потом делала то, что мне приказали. Честное слово, я хотела помочь!
— Отлично играешь! — всплеснул руками я. — Впрочем, для сотрудника СВ это неудивительно!
Девушка поджала губы.
— Хочу спросить только об одном — тебе приказали совратить меня?
Нижняя губа Али предательски затряслась. По щеке скользнула крупная слеза.
— Чего молчишь? — Я стоял перед ней, сжимая и разжимая руки.
— Не приказывали мне этого! — громко сказала Аля и разрыдалась.
— Брось ты эту театральщину, — сдержанно произнес я.
— Я не виновата! — продолжая рыдать, промямлила Алиса. — Я правда хотела, чтобы тебя отправили на Зарю. Мне говорили, что ты улетишь!
— Спасибо огромное, Алиса! До Зари я все-таки долечу, как видишь. Только на несколько лет позже, чем планировал.
— Я, правда, не виновата. Я не имею ничего против тебя — мне просто приказали познакомиться с тобой поближе и рассказать о программе по помощи Заре рабочей силой. Попросили дать тебе фальшивое личное дело, сказали, что все будет хорошо.
— Алиса, я прекрасно помню тебя на суде и помню твои слова в коридоре, о том, что так надо. Я запутался. Скажи мне честно — ты хоть раз думала обо мне за все это время?
Аля плакала, потом подняла на меня покрасневшие глаза и проговорила:
— Да, Сережа. Мне снятся кошмары! Снится Забвение, убийцы, голод и тьма. Я прошу у тебя прощения. Прости!..
Я сделал два шага вперед, обнял ее и погладил покатое плечо. В помещение тут же ворвалась охрана. Но перед тем как меня оттащили от девушки, я успел тихо сказать ей:
— Все в порядке. И ты прости меня, если что-то не так…
И на душе от этой фразы стало легче. Будто и у меня на сердце была какая-то вина перед Алисой.
А когда девушка ушла, я почувствовал, что больше мы с ней уже никогда не встретимся.
Какое-то время я приходил в себя, сидя в кресле и глядя, как Председатель молча меряет шагами кабинет. Наконец Петр Николаевич остановился и положил руки на стол.
— Время, Сергей. Время не ждет! Нужно было устраивать вам встречу после основной части обсуждения…
— Все в порядке! Я готов, — хмуро сказал я.
Председатель перебросился парой слов по мобильному, и почти сразу после звонка в комнату вошел человек. Я видел его во сне совсем недавно. Радий — так называл Председатель этого худого человека с подчеркнуто прямой осанкой.
— Познакомься, Сергей, — Петр Николаевич указал на вошедшего, — это — Родион Маркович, он даст тебе последние инструкции.
