— Все на камни! — это уже Кан Шиом. Увлекшись своей нехитрой ротацией, я проморгал тот момент, когда Атрил споро зарылся под землю. Проклиная себя за невнимательность, отбегаю на ближайший валун и тут же чувствую под ногами мощнейший удар. Теряя равновесие, падаю на колено. Камень трескается! Еще удар! Булыжник разлетается осколками, из-под земли появляется отвратительная морда, и мои ноги простреливает нечеловеческая боль! Су-у-ка!!! Жизнь в желтом секторе! Перед глазами багровый туман! Сорокаметровым прыжком ухожу из захвата хитиновых жвал и практически без сил падаю на ближайший камень…
— Он ломает камни со второго удара! Не зеваем! Сразу уходим! — голос командора как всегда спокоен, а вот мне хочется выть. Два подряд лечения полностью восстанавливают полоску моей жизни. Накатившая ярость окончательно вымывает боль, и туман перед глазами наконец рассеивается. Тварь! Секунд пять стою, стиснув зубы, на камне и, видя, что Атрил вылез из-под земли и снова повис на Кане, подлетаю к нему и, врубив
Автоматически наношу по завалившейся туше еще один удар, затем тяжело дыша, вытираю ветошью меч, убираю его в ножны и медленно перевожу взгляд в сторону логова Ксархена. Это что же выходит? У Лазурных не было этого вот таракана? А там в этой дыре тогда кто? Брат-близнец костяного дракона?
— На, князь, выпей и успокойся уже! — Кан протягивает мне откупоренную глиняную флягу. — А то я много в своей жизни повидал, но когда ты так вот смотришь… — даже у меня мурашки по спине пробегают. А это, поверь, со мной бывает нечасто.
— Привыкнешь еще, — устало улыбаюсь я, принимая из рук командора емкость. — Эти, вон, давно уже привыкли, — кивнув в сторону Рииса, я сделал три глубоких глотка и тут же едва не подавился. Горло обожгло так, словно я хлебнул чистого спирта.
— Че это за хрень? — вытирая выступившие на глаза слезы и чувствуя легкое головокружение, я протянул бутыль обратно.
— Так гномья крепкая, — улыбнулся Кан, забрал у меня емкость и продемонстрировал какую-то надпись на ней. — Они ее из каких-то там шишек вываривают и настаивают лет пятьдесят после этого. В качестве успокоительного и болеутоляющего — самое то. Только вот пить ее ма-а-ленькими глотками нужно. Но вам князьям — демонам я вижу можно и так.
Это у него чувство юмора прорезалось? А-хре-неть! Впрочем, командор не соврал. Настроение и впрямь мгновенно улучшилось до такой степени, что пришлось удерживать наползающую на губы улыбку. Понятно, блин, какие у них там, в горах, шишки.
— Вы, дядечка, не слушайте господина князя, — тут же влез в разговор Риис, — он когда так смотрит — так мы все по замку разбегаемся в разные стороны! А я еще и уши придерживаю! — маг приложил руки к ушам, видимо демонстрируя, как он там «разбегается». — Вы бы это, дали бы мне такую же бутылку волшебную, а? Я бы и сам попробовал и тетечку угостил бы… Ну и князю нашему, когда он значит…
Командор снова улыбнулся. Второй раз за последние пять минут!!! Такого с ним на моей памяти не случалось ни разу. Он сам тоже, что ли, отхлебнул немного? Не, на «дядечку» он уже давно не обращал никакого внимания, но чтобы вот так, запросто улыбаться…
— На, юный падаван! — командор, улыбнувшись (уже в третий раз!!!), протянул Риису бутылку. — Только много не пей. Не советую. Сами гномы, как переберут ее, так догола, бывает, раздеваются и танцы какие-то непристойные вокруг своих наковален устраивают. А госпоже ее лучше вообще не пробовать. Не для женщин это, — он перевел взгляд на о чем-то задумавшуюся Ваессу, подмигнул ей, и снова посмотрел на меня. — Если что, эрл, — то у меня еще десяток таких бутылок припасено. Выберемся наверх, — погуляем.
— А я думала, он совсем неисправим, — хмыкнула в моей голове Джаэлит. — Ан-нет! Нормальный такой мужчина!
Я же, чувствуя легкое головокружение и находясь в полной прострации от происходящего, на всякий случай с некоторой опаской прислушался к себе. Нет, раздеваться меня не тянуло ни разу. И слава Харту! Но куда же, блин, катится этот мир?!
