К трем часам уже никаких сил не было, и Львушка даже не встала, когда вошел отец в сопровождении крепкой невысокой женщины. Они оба были в зеленой военной форме.
Львушка вяло помахала рукой, мол, привет, па, и отвернулась к сестре. На плечи легли крепкие теплые папины руки. Женщина попросила пересказать, что и как. Пришлось в который уже раз повторить, что вот, мол, привели, да, из клуба, Паша говорил про две капли хлороформа, падала, бредила, сейчас тоже... Почему-то очень хотелось разрыдаться, и только после наводящих вопросов от женщины Львушка вспомнила, где же она видела раньше это лицо. На фотографиях, конечно, где был еще вклеен погон с пятью небольшими звездами. Тетка Сапсана, которой он так хвастался. Как ее звали? Сейчас не вспомнить.
- Мне жаль, - пробормотала она, - за Дениса, в смысле.
- Еще ищем, - военная вздохнула и протянула руку для пожатия. - Генриетта Дмитриевна.
- Да, точно, он говорил, что вас зовут как француженку.
- На самом деле просто женская версия имени Генрих. Но меня назвали в честь советской актрисы, так что никакой тайны.
Львушка кивнула, пытаясь собраться и, как взрослая, перейти к насущным вопросам.
- Вы знаете, что произошло?
Женщина кивнула, сощурив грозно взгляд. Кому-то не поздоровится.
- Опасные вещества попали в воду, - объяснила она. - Еще раз: я правильно поняла, этот эффект дало сочетание воды из-под крана и хлороформа в каплях?
Львушка кивнула.
- Бэ-зет, - Генриентта Дмитриевна повернулась к отцу. - Я Павлова укокошу, ублюдка. Он мне отписал, что все очищено.
- Он и мне писал, - отец развел руками. - Понятия не имею, как так вышло: машины из красной зоны мыли, но потом шли по синей, может, в этом дело. Бе-зет в воде-то не растворяется, списали на недостаточную опасность.
Львушка даже дышать перестала от мучительного любопытства, пробившегося через усталость. Что за бе-зет? Что за разноцветные зоны? Ужасно интересно. Папа ничего не рассказывал про свои учения - секретность, мол. Они с мамой на эту тему пару раз говорили на кухне, и мама тогда тихо возмущалась. Львушка даже вспомнила ее гневный голос: 'Да что значит работать, ты ж невыездным будешь!' - и тихое, успокаивающее воркование папы.
Но больше папа ничего интересного не сказал и ругаться не стал, наоборот, похвалил... и отправил домой спать. Вот это было внезапно и нечестно! Как так-то?
- Мы присмотрим за Мышкой, а потом ее заберем, - папа твердо взял ее за плечо. - Шагом марш, звездная юнга!
Ни спор, ни слезы не помогли, и Львушка уныло поплелась в сторону выхода. Светало, и звезды исчезли. Засмотревшись, она врезалась в темноволосую девчонку, не сразу ее признав.
- О, ты здесь, - Джилька схватила ее за обе руки. - Чего ты ревешь? Что случилось?
- Да не реву я, - Львушка надулась, потом выдохнула. - Просто сестра сюда загремела, ну и... вот. Па говорит, воду нельзя пить нефильтрованную теперь, - вспомнила она неожиданно. - Лучше вообще из бутылок... А потом меня выставили.
- Ясно, - Джилли посмотрела на нее внимательнее. - Слушай, ты и сама выглядишь никакой. Проводить тебя до дому? Или могу посидеть с тобой где-нибудь в макдаке, они как раз сейчас открыться должны... Хочешь?
- Не хочу в макдак, там чай противный. Мама на смене, - Львушка зажмурилась, открыла глаза. - Она не сорвется, у нее операция. Давай пойдем ко мне, а? Чай, печенье, поговорить можно.
В одиночестве сидеть и мучиться, что там с сестрой, Львушка теперь точно не хотела. Джилька взяла ее за руку, и повела за собой по предутренним улицам. Со стороны подъезда скорой то и дело слышался вой сирен.
- Я знаю, что происходит, - прошептала Джилька, когда они отошли подальше. - Только не на улице, ладно? Водопроводную воду пить не будем, у меня в сумке бутылка. Я уже давно не пью, но боялась, что вы ржать будете с Гугой.
- Да какое тут ржать, тут... - Львушка махнула рукой. - Короче, ее привели домой, ну, Мышку, и сказали в клуб не пускать, пока не выздоровеет. А тут вот... Папа приехал, а до того я всю ночь сидела с ней, а она без сознания, и... и я боюсь. Ей так плохо, Джилька! - Львушка говорила, словно выплескивая из себя этот страх. Не то истерика, не то исповедь...
- А слышала название, или там какие-нибудь зоны? Я видела, туда зашла эта капитанша в погонах, с твоим отцом.
- Из синей зоны, говорят. Была еще какая-то красная, в которой машины мыли. Она сказала, это Бе-зет какой-то.
- Ого, - Джилька присвистнула, - серьезные дела. Но ничего, если там именно та дрянь, Мышка поправится. Это не для убийства, а для поражения живой силы, так что ничего, не иприт и не зарин. А что за капитанша? Медик?
- Это Денискина тетка, он сосед наш... был... - Львушка шмыгнула носом. - Но вообще они там говорили, что это все вроде тайна. Типа как никто знать не должен, и если что, то это не они сказали, а сами врачи нашли в пробах воды, или как-то так... Доктор сказал, что у Мышки делирий, я посмотрела в сети, и там сказано, что это не смертельно. Просто жутко так! Она плачет, стонет, ее рвет, а я ничего сделать не могу, только держать и обтирать, и вокруг все бегают...
